В последнее время Азербайджан всеми силами пытается привлечь внимание к своей роли крупного геополитического игрока, продемонстрировать влияние в вопросах энергетической дипломатии и безопасности в регионе, притязая на статус миротворца. На пропаганду и продвижение этого имиджа Азербайджан тратит огромные средства. Однако возникает множество вопросов.
Может ли быть реальным миротворцем страна, которая не в состоянии мирным путем погасить вооруженный спор с соседним государством?
Насколько реален создаваемый с помощью СМИ образ прогрессивного и успешного прикаспийского лидера?
Насколько самостоятельную «игру» удается проводить этой стране и насколько свободен Азербайджан в выборе внешнеполитических союзников и экономических партнеров?
Большинство аналитиков склоняются к мысли, что риторика азербайджанских властей смахивает на хорошую актерскую мину при плохой игре на региональной политической сцене. Чего стоит амбициозное высказывание главы этой республики о том, что «сегодня соперничать или враждовать с Азербайджаном уже более накладно, чем когда-либо, а в будущем это будет просто невозможно»?
Действительно, инвестиции Азербайджана в свой военный бюджет значительны, в течение семи лет они увеличились в 20 раз!
В связи с этим возникает еще один вопрос: Не много ли оружия сосредотачивается в арсеналах страны, позиционирующей себя миротворцем?
Действия азербайджанского правительства идут вразрез с международными посредническими усилиями по установлению мира в Нагорном Карабахе. Эта обеспокоенность усугубляется постоянным использованием властными структурами Азербайджана воинственной и враждебной пропаганды, которая не способствует укреплению доверия и эффективности мирных переговоров.
Военная обстановка в зоне конфликта, которая после апрельских событий до недавнего времени оставалась относительно спокойной, вновь обострилась. Будто кто-то подкидывает дров в затухающий огонь и он опять вспыхивает. А если костры разжигают, значит это кому-то нужно...
Выступая на словах за переговорный процесс по мирному урегулированию конфликта, на деле Азербайджан демонстрирует военную агрессию, превращая линию соприкосновения с вооруженными силами Нагорно-Карабахской Республики в бикфордов шнур. А поджечь его найдутся желающие и за пределами прикаспийского региона. Вероятно, Азербайджан воспринимает это как большой козырь в геополитической игре. Но увлекшись этой игрой и своей «нереальной» ролью в ней, рискует незаметно для себя стать марионеткой в чужих руках.
Международное сообщество ищет пути мирного и справедливого урегулирования конфликта, стабилизации в регионе, перехода переговорного процесса в конструктивное русло. Но о каком переходе может идти речь, когда продолжается стрельба, когда убивают людей?
Чтобы остановить войну, необходимо остановить агрессора, прекратить боевые действия. Но пока налицо только двусторонняя гонка вооружений, стимулируемая Азербайджаном, и новые сообщения о нарушениях режима прекращения огня.
Наряду с этим у государств региона вызывает озабоченность то, что в июле 2016 года Ильхам Алиев подписал указ об утверждении протокола по передаче в пользование личному составу Вооруженных Сил Турции зданий и строений в военном городке «Гызыл Шярг» в Баку и одного терминала на военном аэродроме в поселке Зейналабдин Тагиев.
Азербайджанский истеблишмент отвергает озвученное во многих медиа-источниках мнение о фактическом размещении турецкой военной базы в столице Азербайджана. По их мнению, официальный Баку, предоставляя Турции территорию для создания военной инфраструктуры, преследует две цели: нейтрализует военную угрозу, исходящей от российской базы в Армении, а также оберегает себя в будущем от российской военной угрозы.
При этом, безусловно, следует учитывать, что Турция является не только активным членом NАТО, имеющим вторую по численности сухопутную армию в Североатлантическом блоке, но и страной, курирующей Южный Кавказ от имени этого военно-политического союза. И не представляет ли опасность приход армии этой страны к берегам Каспия для региона в целом, для государственных интересов прикаспийских стран?
Особую озабоченность вызывает опасность дальнейшей милитаризации Каспия и его превращения в зону геостратегических интересов могущественных государств, отстаивающих свои национальные интересы далеко за пределами своих стран.
Эксперты склонны ставить проблему еще шире, увязывая в один узел сирийский конфликт, взрывоопасный Афганистан и ситуацию вокруг Каспийского моря, раздел которого на национальные секторы много лет остается нерешенной задачей.
Несомненно одно, прикаспийским государствам, и в первую очередь Азербайджану, необходимы прозрачность и реальные меры доверия, а не попытки лавировать между полярными блоками. Важно достичь взаимопонимания друг с другом и теми, кто находится рядом, а не кичиться складами, напичканных оружием.
В сложившейся ситуации основными задачами являются - обеспечить мирное урегулирование карабахского конфликта, демилитаризацию Каспия и решение нарастающих экологических проблем. Хотя справедливости ради отметим, что экология - единственное направление, по которому у прикаспийских государств налицо реальное продвижение.
Рубен Захаров (г. Санкт-Петербург)