Если бы не курдистанский референдум о независимости, то туркам было бы необходимо что-нибудь подобное в регионе самим придумать и спровоцировать. Остающаяся вне рамок любых политических процессов Турция прилагала неимоверные усилия, чтобы вновь вернуть себе роль одного из ведущих игроков в регионе, однако у Анкары это плохо получалось. И если бы не референдум в Курдистане, туркам пришлось бы довольствоваться всего лишь вторыми ролями в Астане и строить стены на своих государственных границах с Сирией, Ираком, Ираном и Арменией.
Мимикрия от лести и подхалимства до угрозы и агрессии
По большому счету Турцию оставили вне региональной игры, когда на территорию Сирии вошли российские ВКС, и после этого пошло – поехало.
Американцы "вежливо" попросили их не вмешиваться, когда встал вопрос об освобождении террористических столиц в Сирии (Ракка) и Ираке (Мосул). Европа перестала считаться с турками даже в вопросах беженцев и членства в ЕС. Кремль и Тегеран Анкару несколько раз резко и недипломатично одергивали, когда та пыталась высказать свое мнение относительно карабахского урегулирования.
Эрдогану приходилось довольствоваться регулированием внутренних распрей, попытками наладить приемлемые взаимоотношения с Россией (в ход пошла даже приманка в виде желания присоединиться к каким-то процессам, связанным с интеграционными процессами ЕАЭС), взаимными обвинениями с дипломатами из Германии (Ангела Меркель, Зигмар Габриель)…
Однако горячий темперамент Эрдогана требовал выхода и все вышеперечисленное он делал истово, все время попадая впросак из-за несоответствия своих диких и грубых формулировок с общепринятым дипломатическим кодом.
Вначале казалось, что Эрдоган действительно не умеет и не способен себя вести, как должно в приличном "политически выверенном" обществе. Что у него южный темперамент, и что вообще азиатская политика такова – коварная, резкая, умеющая стремительно мимикрировать от угрозы и агрессии к лести и подхалимству.
Потом стало казаться, что он попросту на грани нервного срыва из-за территориальных угроз, которые нависли над Турцией. А также из-за того, что в какой-то момент он не смог найти общий язык с Западом, и тот стал делать ставку на других игроков в регионе.
Оскал сквозь маску дипломатического приличия
И только сегодня, сейчас, когда курдистанский референдум все-таки состоялся, вдруг проявился истинный турецкий звериный оскал. Маска, не имеющая ничего общего с современной поведенческой парадигмой дипломатии и дипломатов. Оскал, вообще далекий от современной цивилизации и умения строить взаимоотношения с другими народами ни с позиций грубой силы, ни с позиций лести и подхалимства (если силы не хватает).
Армянское подсознание, та самая подкорка, отвечающая за "память предков", постоянно напоминая мировому сообществу о Геноциде армян в Османской Империи 1915 года, предъявляла ему именно такую фактуру. Показывала эту сущность черной силы, прикрывающейся нормами мировой политической культуры.
Для того чтобы было понятнее, о чем идет речь, хотелось бы процитировать небольшой кусок из выступления Эрдогана. Вот он: "… В течение недели мы предпримем дополнительные меры. Въезд и выезд будет закрыт. И потом мы посмотрим, какими путями правительство северного Ирака будет перевозить и продавать нефть. Вентиль — у нас. Как только мы его закроем, все будет кончено. Мы не допустим создания на нашей границе террористического государства. Однажды ночью мы можем прийти, и мы придем", — подчеркнул Эрдоган.
Интересно, что многие из мировых масс-медиа, которые в первый же день именно так и процитировали высказывание турецкого лидера, потом потихоньку начали "цензурировать" свои публикации, вырезая высказывание Эрдогана в адрес курдов относительно того, что " однажды ночью мы можем прийти, и мы придем".
Все остальное можно найти легко. Относительно того, что "вентиль в руках" и что "будут жесткие санкции", и насчет закрытия границ, и насчет того, что " …как только мы перекроем трубопровод, у них не останется никаких доходов, и им негде станет достать еду" (цитата из выступления). А вот кусок насчет того, что "ночью мы придем" сейчас уже придется поискать.
Непобежденное зло обязательно возвращается
Следует понимать и принимать реальность, а не прикрываться никчемными догмами, якобы принятыми в современном цивилизованном обществе и дипломатических нормативах. И дело не в том, следует ли принимать результаты референдума или нет. Идет глобальная геополитическая игра, в которой – каждый сам за себя, за свои интересы и свои пристрастия. Израиль вот, результаты референдума признает, поскольку ему это выгодно. Другие страны не признают — невыгодно. Но дело не в этом.
Мировому сообществу нужно понять, что выглянувшему из логова зверю нужно изо всей силы, сразу бить по зубам. А сейчас в какой-то момент зверь из-под маски засветился… А ведь мы знаем, что зло, в свое время не получившее достойную оценку от мирового сообщества, в своем чистом виде обязательно вновь вернется. Стоит только ему дотянуться до того, что ему по зубам.
Турецкие жандармы в 1915 году вырезали армянские семьи по всей территории Западной Армении потому, что они были сильнее, чем оставшиеся в домах, деревнях, селах и городах женщины и дети. Потому что жертвы не были под защитой своих мужчин (их тогда, якобы, призвали на войну), ни под защитой мирового сообщества.
Сегодня зверю кажется, что он нашел новую жертву – мировое сообщество. Практически все страны (кроме Израиля) не признают результаты референдума в Курдистане. То есть кажется, что заступаться перед Турцией за небольшой, не имеющий ни политического, ни юридического статуса Курдистан никто не будет… И сразу – тот самый звериный оскал и рык: "ночью мы придем".
На самом деле единственная надежда на то, что сейчас уже не начало XX века, и что мировое сообщество понимает и сознает чуть больше, чем тогда, 24 апреля 1915 года. Хотя надежда, по большому счету, небольшая, если вспомнить, что устроило это самое Зло в последние годы в Сирии и Ираке…
Арман Ванескегян, политический обозреватель Sputnik Армения