Март обещал быть солнечным, как и все три прошедших зимних месяца в Ереване, однако, он решил отметиться прохладной погодой, напомнившей первые осенние шаги по разогретой солнцем земле.
Именно сегодня, в первый день весны, в который раз посещаю выступление молодой скрипачки Дианы Адамян, уже будучи под большим впечатлением от её интерпретации 2-ого скрипичного концерта Арама Хачатуряна и недавнего исполнения в зале филармонии скрипичного концерта М. Бруха.
Сольный концерт проходил в камерном зале им. Комитаса. Представленная программа выглядела достаточно пестро: прозвучали такие произведения, как «Паганиниана» Н.Мильштейна, соната для скрипки соло А. Худояна. Из произведений романтического периода – соната Брамса для скрипки и фортепиано №3, скрипичный квартет №3 Бетховена с участием отца и дяди исполнительницы. Также в программе были Бах, Моцарт, Паганини, Крейслер и Клартаг. В завершение концерта зрителей ждал дуэт двух сестер, Алины и Дианы Адамян, исполнивших приятное бравурное произведение.
Чистое интонирование, хорошая техника и крайний индивидуализм, трогательный, честный, и при этом не затмевающий гения композитора, чьего произведения она касается – это, пожалуй, то, благодаря чему юная скрипачка на данный момент является лауреатом нескольких международных конкурсов, в том числе такого престижного, как международный конкурс имени П.И. Чайковского, проводящийся раз в 4 года в Москве и Санкт-Петербурге.
Хочется сказать, что в этот вечер были удовлетворены вкусы самого разнообразного слушателя. Зал был не полон, однако аудитория живо и справедливо реагировала на исполнение, то разражаясь аплодисментами, то сдержанно хлопая. Больше всего удивила атмосфера, воцарившаяся с первым выходом солистки на сцену: Диане всегда удаётся завладеть не только вниманием, но и расположением зрителя, и прежде всего своей подачей музыкального материала. В нём нет ни толики эгоизма и вульгарности, присущей некоторым сольным исполнителям, перенасыщающим произведение неуместным жаром и пылкостью исполнения.
Музыка лилась свежо, естественно и академично, в дополнении к таланту и огромной работоспособности, не вызывающей сомнений в технической сложности репертуара юной скрипачки. Искреннее и открытое обращение со зрителем в итоге переросло в некий бессловесный аналог дружеской коллективной беседы, в которой нашлось место и смеху, и задумчивому молчанию, сопровождавшему более серьёзные опусы.
Амалия Тавадьян