Специальная следственная служба сообщила 3 июля о предъявлении обвинения в рамках дела "1 марта" бывшему министру обороны генерал-полковнику Микаелу Арутюняну по статье 300.1 УК РА. В ее диспозиции говорится о свержении конституционного строя, за что виновному предусмотрено наказание от 10 до 15 лет срока. Генерал объявлен в розыск. Это известие, мягко говоря, удивило многих специалистов права.
ДЕЛО В ТОМ, ЧТО 1 МАРТА 2008 ГОДА ВЫШЕУКАЗАННОЙ СТАТЬИ В УК РА НЕ СУЩЕСТВОВАЛО, она появилась 18 марта 2009 года, а если какое-либо деяние на момент его совершения преступлением не считалось, то и наказывать за него, соответственно, нельзя. Правосудие - это не научная фантастика, в которой герои лихо путешествуют по векам посредством машины времени. Сам факт предъявления указанного обвинения свидетельствует не только об элементарном правовом ляпе, но и о горячем стремлении правоохранителей услужить новым властям без особых церемоний с буквой закона.
Однако смелая следственная версия о злодее, свергавшем конституционный строй 1 марта, вызывает у очевидцев всей этой десятилетней давности неудавшейся "цветной революции" целый ряд вопросов. В частности, на чей конституционный строй покушался "узурпатор" М. Арутюнян? Ведь прошло всего лишь, повторяю, десять лет, и мы все помним и ход президентской кампании, и день выборов, и поствыборную оценку всех международных наблюдателей (не только из СНГ), никто из которых не выразил сомнений по поводу результатов голосования и наличия такого рода и количества нарушений, которые могли бы сказаться на итогах голосования. Так с чего же следователи решили, что генерал-полковник стремился свергнуть строй? А может быть, речь о его заговоре против избранного тогда третьего президента Сержа Саргсяна? Если так, то это еще можно понять. Но сдается мне, что следователи собираются переписать историю и выдвинуть какую-то иную версию событий, изобразить иное "1 марта" в желании выслужиться перед новыми.
Задача эта достаточно сложная. Ведь тогда придется зачеркнуть все вошедшие в законную силу приговоры в отношении Никола Пашиняна, Сасуна Микаеляна, Мясника Малхасяна и прочих активистов оппозиции, придется перелицевать показания, стереть видеозаписи и заявить, к примеру, что Никол Пашинян не кричал толпе у памятника Мясникяну: "Ребята, вы не представляете, как моя душа возрадовалась, когда я узнал, что вы отняли у полицейских щиты и дубинки". Или: "Наши ребята взяли мост "проспекта". "Нужно человек 50 добровольцев, нужно идти вперед и укреплять наши позиции. У Рыбного магазина нужно подкрепление". Указанные цитаты взяты по материалам уголовного дела из газеты "Айастани Анрапетутюн" от 3 декабря 2008 года. Таких выступлений из уст активистов оппозиции 2008 года в деле множество. И если надо искать ниспровергателей конституционного строя, то особых усилий прилагать не придется.
ВПРОЧЕМ, ПОПРАВЛЮСЬ. ВО-ПЕРВЫХ, ОДИН РАЗ ЭТИ ГОСПОДА ПО "1 МАРТА" УЖЕ ОСУЖДАЛИСЬ. За то же самое дважды не судят. А во-вторых, вышеупомянутой статьи 300.1 УК РА тогда не было. Потому что заведенные первым президентом Л. Тер-Петросяном его сторонники под воздействием десятидневной митинговой истерии постепенно подошли и перешли черту, отделяющую мирное выражение своего мнения от стычек с полицией, призывов к насильственному свержению конституционного строя.
Тот же г-н Н. Пашинян призывал полицейских взять оружие и направить его "против преступного клана". Из песни (дела) слов (показаний) не выкинешь.
Обвинение "узурпатору-генералу" свидетельствует также о том, что наши доблестные следователи решили по совместительству взять на себя и функции историков, анализирующих суть "1 марта". Но им, право, лучше было бы все же ограничиться своими профессиональными конституционными обязанностями, а не придумывать ребус о свержении неизвестно чьего конституционного строя.
Александр Товмасян, "Голос Армении"