Лидеры России, Ирана и Турции встретились в Тегеране, чтобы согласовать свои достаточно спорные позиции по ситуации в сирийской провинции Идлиб. Насколько они справились, рассуждает обозреватель Sputnik Армения.
Изначально было понятно, что главный вопрос тегеранского саммита — как избежать большого кровопролития в сирийской провинции Идлиб, где ситуация становится откровенно критической.
Ведь остатки уничтоженных в Сирии террористических бандформирований скопились в этом регионе и образовали внушительную опасную вооруженную силу (по различным подсчетам от 10 до 20 тысяч штыков).
Позицию России по идлибскому кризису ранее, до саммита, уже озвучивал руководитель российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров. Там "гнойник, который следует вскрыть", говорил министр иностранных дел.
Хотя на самом деле обсуждались и более глобальные вопросы. К примеру, поэтапное выполнение решений Конгресса сирийского национального диалога, состоявшегося в Сочи в январе этого года. И при этом — запуск работы конституционного комитета в Женеве под эгидой ООН.
Отдельно говорилось о необходимости увеличения помощи Сирии со стороны мирового сообщества. Причем разговор уже шел не только об объемах гуманитарной помощи, но и о содействии в восстановлении инфраструктуры в населенных пунктах, куда потихоньку начинают возвращаться беженцы и насильственные переселенцы.
Была затронута также тема нелегитимного присутствия на территории Сирии иностранных сил, которых, по большому счету, сюда никто не приглашал. Да и ни одна международная организация не давала им мандата на борьбу с международным терроризмом на территории этой страны.
В общем, в итоге пришли к единому мнению о том, что недопустимо разваливать страну и государственность под предлогом борьбы с международным терроризмом.
Правда, Реджеп Тайип Эрдоган был против, но…
Что же касается самой провинции Идлиб, которая в последнее время у всех на слуху, то ситуация к моменту саммита складывалась следующая.
Практически вся провинция оказалась под контролем бандформирований, которые ни при каком раскладе не соглашались сесть за стол переговоров с Дамаском.
Район не подчиняется центральным властям страны, а ведь Россия, Иран и Турция изначально объявили, что их первоочередная задача – сохранение территориальной целостности Сирии.
Так что с мятежными террористическими силами, засевшими в Идлибе, необходимо было что-то делать. И неудивительно, что на нынешнем тегеранском саммите эта тема была одной из главных.
Наиболее конкретной (если не сказать – жесткой) в вопросе Идлиба была позиция России. Правда, разногласия с Турцией по вопросу будущего этой провинции на саммите особо не выпячивались. Однако если судить по высказываниям президента России Путина и сравнить их с позицией оппонирующего ему Эрдогана, то получается, что за закрытыми дверями действительно было не самое легкое из обсуждений между президентами.
Эрдоган, например, настаивал на том, чтобы за Идлибом был сохранен статус зоны деэскалации, что, по его мнению, позволило бы процессу размежевания гражданского населения и террористов.
И вообще, утверждал турецкий президент, нельзя оставлять мятежную провинцию на милость Башара Асада.
"Не желаем, чтобы Идлиб превратился в кровавое озеро, и в качестве ваших друзей хотим, чтобы вы также поддержали эти усилия", говорил Эрдоган.
Более того, он утверждал, что ситуацию в Идлибе можно будет контролировать при помощи и при непосредственных контактах с умеренной оппозицией.
"Мы приложим все усилия, чтобы устранить опасности и угрозы и для военной базы в Хмеймиме, и для Алеппо. В этом плане я считаю, что мы можем удалить те элементы, которые беспокоят наших российских друзей и представляют угрозу Хмеймиму и Алеппо, в более далекие места", — утверждал Эрдоган.
Недопустимо под предлогом защиты населения выгораживать террористов
Однако позиция турецкого лидера не совсем совпадает с мнением российского президента Путина, считающего, что официальный Дамаск имеет все основания установить контроль над всей территорией страны.
Российский президент говорил с расчетом на то, что призыв к примирению, прозвучавший из уст участников саммита, будет услышан в идлибской зоне.
При этом все договоренности России, Ирана и Турции по Сирии всегда исходили из того, что стороны стремятся (и в последнее время все чаще добиваются) примирения враждующих сторон.
"А вот террористические организации всегда выносились за эти скобки", — сказал Путин на совместной пресс-конференции с президентами Ирана и Турции. И продолжил:
"Будем надеяться, что у представителей террористических организаций хватит здравого ума прекратить сопротивление и сложить оружие", — подчеркнул он.
Следует понимать, что тегеранский саммит – это последняя попытка трех стран – инициаторов "астанинского" переговорного формата урегулировать ситуацию в Идлибе мирным путем.
И Турция, у которой были серьезные претензии и к сирийским законным властям, и к России с Ираном из-за планируемых военных действий в провинции, напичканной бандформированиями, получила последний шанс урегулировать ситуацию миром.
Например, взяв на себя обязательства уговорить, а при необходимости и надавить, на своих союзников в провинции Идлиб, которые, надеясь на поддержку Анкары, до сих пор отказывались сесть за стол переговоров с официальным Дамаском.
Арман Ванескегян, политический обозреватель Sputnik Армения