В апреле исполняется 10 лет со дня смерти рано ушедшего из жизни армянского дипломата и общественного деятеля Левона Григорьевича Эйрамджянца. Левон Эйрамджянц (1954-2001) - карьерный дипломат. Работал в странах арабского мира, в Европе, в международных организациях. Возглавлял постоянные делегации Республики Армения в переговорах по обеспечению коллективной безопасности стран СНГ, участвовал в процессе установления отношений Армении с НАТО. Оставил значимый след в национально-освободительном движении армянского народа. В период правления Левона Тер-Петросяна, в 1993 году подал в отставку с поста начальника военно-стратегического отдела МИД РА. С 1998 года работал в президентском аппарате.
Предлагаем вниманию читателей, ранее не публиковавшиеся, воспоминания об Л.Эйрамджянце, написанные одним из его друзей, армянским политическим и военным деятелем Эдуардом Симонянцем (1937 – 2005), работавшем с 1993 по 1004 год министром национальной безопасности Армении.
Впервые мы встретились с Левоном Григорьевичем Эйрамджянцом в 1991 г. Это был последний год существования Советского Союза. Процессы распада страны были уже запущены и носили необратимый характер. У Армении, в связи с этим, возникли серьёзнейшие и, казалось, трудноразрешимые проблемы. Весь 1991 г. мы пытались создать систему национальной безопасности, которая отвечала бы новым условиям. Эту работу надо было делать срочно и на сложном фоне обостряющегося карабахского конфликта. На тот момент одной из важнейших задач в свете сказанного был поиск людей, которые своими знаниями, опытом, мировоззрением могли соответствовать уровню стоявших перед страной проблем и готовы были участвовать в их разрешении. Такое поручение исходило из аппарата президента страны, переданное нам Ашотом Манучаряном (советник президента по безопасности 1991-93 гг.).
Нам порекомендовали сотрудника МИД Левона Эйрамджянца, с которым у нас практически сразу наладилось полное взаимопонимание. Работа нам предстояла сложнейшая – ведь необходимо было выстроить систему национальной безопасности, что называется, с нуля. Но мы сразу убедились, что по личным качествам, по преданности делу, по высокому профессионализму нашли того человека, который мог выполнить эту задачу наилучшим образом.
Левон Григорьевич был влюблен в свое дело, а его опыт многолетней дипломатической службы был неоценим в нашей совместной деятельности. Тем более, что дипломатическая служба была главным звеном, решавшим первоочередные задачи внешней политики страны. А ведь МИД был, можно сказать, в зачаточном состоянии и потому люди, профессионально знающие тонкости дипломатической службы, международного права были, образно говоря, на вес золота. К тому же, на них накладывалась ответственность за подготовку решений по всем военно-политическим вопросам, которые приведут к стабилизации ситуации в регионе.
Особая тема - раздел военно-политического наследства СССР. Армения должна была взять на себя свою часть ответственности по международным договорам СССР по обычным вооружениям и по нераспространению ядерного оружия. Нам нужна была мобильная группа по переговорам с Советом стран Северо-Атлантического Содружества (в таких переговорах участвовали все республики бывшего СССР). Это была очень сложная разноплановая проблема. Опыта решения таких вопросов, понятно, ни у кого не было. Одним из самых щекотливых был вопрос о распределении квот по обычным вооружениям бывшим советским республикам. И такая группа с участием Левона Григорьевича была создана. Эйрамджянцу и его людям предстояла сложнейшая работа – обрабатывать огромное количество документов (международных договоров, конвенций и др.), знание которых было необходимо, и выработать решение, приемлемое для Армении в деле обеспечения ее безопасности. Кроме того, необходимо было решать не только насущные проблемы, но и спрогнозировать возможные в будущем, в результате сложившейся геополитической ситуации вокруг Армении. Ведь страна не может существовать автономно, без учета интересов других государств. Эту большую аналитическую работу почти полностью проделал Левон Григорьевич, рекомендации которого легли в основу подписанных Арменией международных документов и пользовались поддержкой руководства страны.
Ещё одной заслугой Эйрамджянца было создание команды единомышленников, которых он отбирал сам, и которые работали также самоотверженно и преданно, как и их руководитель. По понятным соображением и сегодня нельзя рассказать о всех аспектах работы Левона Григорьевича и его группы. Но именно они были в числе людей, что заложили основы и приоритеты внешней политики страны на долгие годы вперед.
Не секрет, что в дипломатической работе большое значение придается так называемым «кулуарным» переговорам, в перерывах между официальными. Они позволяют сторонам лучше понять позиции друг друга, уточнить важнейшие детали и многое другое. Во многом, неофициальные, человеческие контакты могут определить успешный ход официальных переговоров. И в этом смысле было трудно переоценить роль Левона Григорьевича. Он легко устанавливал дружеские отношения с людьми, в том числе с теми, кто был настроен далеко недружественно к нашей стране. Он заряжал людей своим жизнелюбием. Его улыбка и доброе отношение к людям располагали окружающих, даже недругов, которые уважали Левона за его принципиальность и последовательность в отстаивании интересов Армении. А делал это Левон Григорьевич, принимая во внимание вышесказанное, порой очень жестко, сто, впрочем, партнерами по переговорам воспринималось как должное и с уважением.
Особый разговор – о контактах с представителями западных государств при заключении Договора об обычных вооружениях в Европе, в переговорах по которым Левон Григорьевич принял самое деятельное участие. Излишне повторяться, что у нас не было опыта подобных переговоров, равно как и специалистов в этой области, как впрочем, и в других странах, образовавших СНГ. При разделе военного наследства СССР, по таким критериям, как территория, население, протяжность границ, предлагалось разделить обычные вооружения. Армения согласно этим критериям оказывалась в заведомо проигрышной ситуации. Эйрамджянц и его группа проделали сложнейшую дипломатическую работу, убедив партнеров по переговорам учитывать уровень потенциальных угроз конкретным государствам. В результате, в этом вопросе был достигнут паритет с Грузией и Азербайджаном. Вместе с Левоном Григорьевичем значительную работу по подготовке документов к Договору об обычных вооружениях в Европе проделал полковник Вагаршак Арутюнян, курировавший военные вопросы. Должен отметить, что они своей деятельностью предопределили многие последующие решения, заложившие базовые основы внешней политики Армении, позволяющие эффективно отстаивать ее интересы, а также интересы Нагорного Карабаха. В 1991-93 гг. Левон Григорьевич в рамках своей деятельности в МИДе страны участвовал во многих переговорах за рубежом, о чем могли бы рассказать его коллеги. Он выезжал в район боевых действий, в Нагорный Карабах, в самый тяжелый момент в 1992 г. во время наступления азербайджанских войск. И принял самое деятельное участие в организации его успешного отражения. Он был реалистом и потому ему удавалось найти выход там, где другие не находили решений.
Остается сожалеть, что многое их того, что он сделал, работая на ответственном посту в МИДе, не получило должного развития после его ухода. А уходил он в непростой для себя ситуации, лишаясь любимой работы. Как знать, возможно это и послужило одной из причин его столь ранней скоропостижной смерти. И тем не менее, уже то, что Левон Григорьевич стоял у истоков дипломатической службы молодого независимого государства Армения и честно отдал становлению страны все свои силы и знания, оставит его имя в истории. И я уверен, найдутся продолжатели его дела.
Эдуард Симонянц