Услышать хорошее о чем-то своем всегда приятно. Еще приятнее слышать хорошее, находясь от своего вдали. Но самое приятное, когда эти слова говорят не свои, и тут уже без разницы, находишься ли ты дома или далеко от него. Игорь Свинаренко, известный московский журналист, поделился впечатлениями от недавнего посещения Армении.
Не то важно (точнее — не только то), что впечатления журналиста разошлись по интернет-пространству широкими информационными кругами, и не то даже, что предпринята очередная попытка открыть Армению. Еще один взгляд со стороны вновь убеждает: армяне как были, так и остаются великодушными, добрыми, открытыми.
Хотя ожесточиться было от чего: за годы, пока из состояния, где все братья навек, страна перетекала в иное, где лица кавказской национальности — отдельно, изменилось многое и у многих. И вдруг, надо же, черным по белому.
“Я испытал давно уже забытое чувство: приехал в другую страну, а там — вот неожиданность — к русским гражданам очень тепло относятся. Я уж думал, таких мест не осталось, мы ведь уже, кажется, со всеми переругались. Зачем-то. Как странно и как приятно это чувство, что иностранцы тебе рады потому только, что у тебя русский паспорт... В общем, я получил такой позитив, что настоятельно советую и вам слетать в Армению и тоже получить уникальные переживания. Нас, да, любят. Несмотря ни на что”.
Согласитесь, приятно слышать даже при том, что на тех, кто с армянским паспортом, в России косятся. Как сказано в представленной мэрии Москвы программе “Столица многонациональной России”: “...42 процента москвичей относятся к гражданам с Кавказа и стран СНГ нетерпимо”.
А вот в Армении такого как не было, так и нет, что, как мне кажется, от благородства, великодушия, мудрости нации, от которой число друзей растет и только в определенных случаях вырастают недруги. Причем не только по импорту, но и доморощенные. В виде, например, движения в никуда, которое утомленные солнцем армяне почему-то восприняли как общенациональное и лучезарное.
Автор интернетовской публикации вспоминает немало других невзгод и бед, которые Армении пришлось преодолеть, и говорит то, что во избежание головокружения от самохвальства уместнее слышать от других.
“Они победили! Они доказали всему миру, что могут побеждать! Даже в невыносимых условиях! Взять хоть тот факт, что территория страны за тысячи лет, с тех пор как существовала Великая Армения с портами на Средиземном море (про которую не все помнят), уменьшилась в десять раз! Тяжело, наверно, с этим жить, но ведь живут люди. Я там со многими разговаривал, просто так останавливая людей на улицах, и от бесед получал огромное удовольствие: люди веселы, добры и жизнерадостны, они мягки и деликатны и, кажется, сплошь симпатичны. Как бы я, простите ради бога, хотел, чтоб и русские были такими...
Я пишу эти строки в самолете, уже видна Московская область, и я представляю себе суровые каменные лица русских пограничников, которые посмотрят на меня с глубокой неприязнью”.
И это все о нас.
...Чтоб не сводило скулы от самолюбования. Привычка представлять Армению только как страну древнюю и печальную мешает нам сосредоточиться на главном: собраться с духом, силами, всем народом и — дальше, больше, лучше... Но это трудно сделать, если бесконечно оглядываешься назад (где, безусловно, нам много чего нанесли, унесли, недодали), а не заточен на движение вперед, чтоб уйти в отрыв. Да такой, чтоб зауважали и считались. В ФРГ, например, где жизнь все-таки получше нашей, сплотить и вывести народ из состояния апатии удалось с помощью общенациональной кампании “Ты — Германия”. Что-то наподобие известного: “Я, ты, он, она. Вместе — целая страна...”.
И еще уж очень мы любим спорить и опровергать то, что неопровержимо и бесспорно. “Дайте русскому человеку карту звездного неба, и наутро он вернет ее вам исправленной”, — говорил Достоевский, не подозревая, что уже давно и окончательно выправленные карты в руках армянского человека.
...Возвращаемся к самолетам, но уже не над Подмосковьем, а над Араратской долиной.
— Вот послушай, — заводит напоследок неуемный попутчик.
Из терпящего бедствие “Боинга”, в котором летят представители разных национальностей, все время надо кого-то выталкивать. В качестве балласта. Француз прыгает с криком: “За Францию!”, немец — с криком: “За Германию!”, а армянин с криком “За Африку!” выталкивает негра.
— Где же в анекдоте нам комплимент? — спрашиваю воздушного рассказчика.
— Ну, прежде всего по части сообразительности. И потом. Зачем всегда и во всем быть первыми? Интернационалистами, например.
Здесь было о чем поспорить, но под крыло уже ложилась взлетно-посадочная полоса “Звартноца” и начиналась страна, которую любим не только мы. Что всегда приятно слышать.
Сергей Баблумян, "Новое время"