По данным британской прессы, бывший премьер-министр Борис Джонсон использовал политические связи, приобретенные им благодаря своей должности, в личных целях и ради денег. Причём без разбора, от арабских шейхов до венесуэльского Мадуро. Говорят также, что Джонсон требовал деньги за фотосессию с ним после своей отставки.
И этот человек (возможно, вместе с другими людьми такого же уровня) убедил украинские власти не принимать Стамбульские соглашения, продолжать войну, результатом которой стали нынешнее разрушенное государство, миллионы жертв и искалеченные судьбы десятков миллионов. Этим людям плевать на чужие жизни, чужое горе не входит в число их приоритетов.
Очевидно, что какие-то другие «джонсоны» убедили нынешние власти Армении принять решения, которые привели нас к трагедии. Кто убедил власти Армении:
- Отклонить и скрыть от народа предложение о мирном урегулировании в 2019 году, тем самым открыв прямой путь к войне.
- Отклонить предложение о досрочном прекращении войны.
- Признать Арцах частью Азербайджана, после чего исход армян стал уже делом техники.
Это звенья одной трагической, но логичной цепочки. Конечно, между ними есть множество видимых и невидимых решений, но эти три составляют стержень трагедии.
Вопрос «Кто убедил?» имеет для нас жизненно важное значение (за ним, конечно, следует ещё длинный ряд вопросов). Это, прежде всего, ключ к пониманию того, что произошло, как наша трагедия стала возможной. Но этот вопрос также очень важен для понимания того, как двигаться дальше, как организовать послевоенное восстановление государства и общества, как избежать дальнейшего развития этого кровавого сценария, который для нас означает потерю государственности и неминуемую армянскую резервацию.
Как очередное одностороннее решение было подписано в летнюю жару, во время отпуска, без какого-либо общественного и политического обсуждения, без консенсуса и, конечно же, без сопротивления, так будут подписаны и другие решения, которые определят следующие этапы нашей трагедии.
Позорный провал нашей политической мысли и нынешних политических форматов заключается в том, что за 4-5 лет они не смогли сформулировать, отфильтровать важнейшие вопросы, сделать их доступными для собственного народа, превратить их в общественный запрос.
За этими вопросами, за пределами политики и даже сложных геополитических программ, стоит огромное чувство, бесконечная человеческая трагедия. Ведь именно это чувство сформулирует непреклонный спрос на перемены, но и зафиксирует нынешнюю пустоту политического мышления.
Задача сил, претендующих на власть, — не превратить это чувство в простой объект для скорби, а найти политические решения.
Ваге Ованнисян, группа альтернативных проектов
ИАЦ «VERELQ»