Бывший министр иностранных дел Нагорного Карабаха Давид Бабаян, находящийся в азербайджанском плену, обратился ко всем правозащитникам и людям доброй воли. Аудиосообщение было передано Новости Армении - NEWS.am через семью Давида Бабаяна.
«Дорогие соотечественники, дорогие друзья, сестры и братья, армянство, рассеянное по всему миру, все наши сестры и братья других национальностей, люди доброй воли, вы знаете, что завершился также апелляционный этап нашего так называемого судебного процесса. Да что это за судебный процесс — это был театр, сценарий которого был написан заранее. Они даже не осмелились исправить элементарные ошибки. Например, на последнем заседании, представляя присутствующих, когда оставляли эти приговоры в силе, моих защитников представили в старом составе, хотя они были заменены в ходе этого процесса. То есть они не только не сочли нужным проверить, но и не осмелились изменить заранее написанный сценарий, даже исправить те ошибки, которые там есть.
Это был сугубо формальный этап, который мы должны были пройти, чтобы в дальнейшем использовать его для обращения в международный суд.
В апелляционном суде в процессе не участвовали граждане, тогда как в суде первой инстанции каждый раз присутствовали около 200–300 человек. Конечно, всех их привозили выборочно, на специальных автобусах. Кроме того, по некоторым данным, им еще и хорошо платили, но на этот раз не было никого. Одна из причин в том, что эти люди видели, какие злоупотребления там совершаются, видели слабость позиций своей стороны, нашу самозащиту, нашу стойкость, качество этой самозащиты, и естественно, все это волей-неволей проникает и в их общество.
Очень интересно, что в оборот запускаются такие идеи, что невозможно себе представить. Например, преступление, совершенное одним человеком, автоматически приписывается всем. Или такие идеи, которые вообще невозможно представить в истории международного сообщества. Например, мне добавили две статьи, предусматривающие пожизненное заключение, которых раньше не было и которые ни разу не упоминались в ходе всего судебного процесса.
Я увидел это, когда через неделю после окончания процесса нам выдали краткую запись обо всем этом. Я попросил, чтобы посмотрели наши выступления — и последнее слово в суде первой инстанции, и основные выступления на этом процессе — и в видеозаписи передали их своему омбудсмену, но мне отказали. Говорят, что процесс открытый, но отказываются предоставить все это даже собственному защитнику прав человека.
Одним из интересных явлений является и то, что сменились также защитники — за это время сменились 5–6 защитников. Один был заменен прямо в Апелляционном суде, в начале рассмотрения дела. Я пытался узнать, в чем причина, мне сказали — состояние здоровья. В суде, во время процесса, я сказал: свяжитесь с ними по видеозвонку, я хочу лично узнать, как они. Они, конечно, растерялись, не подключили, сказали, что угрозы их жизни нет.
Конечно, не в каждый момент позволяли продолжать выступление, прерывали, мешали. Все это нам нужно для представления в международном суде.
Среди интересных развитий также то, что один из здешних защитников заявил, будто они сами не хотят, чтобы дело дошло до международного суда, потому что более 95% обвинений сфабрикованы и никаких доказательств нет. Действительно, это так.
Приведу один конкретный пример. В частности, мне назначили пожизненное наказание по одной статье, согласно которой я якобы пытался свергнуть здешнюю власть, свергнуть конституцию и так далее. Я задал вопрос: есть ли хоть какое-нибудь доказательство того, что я, находясь здесь, участвовал в борьбе за вашу власть? Если это так, значит, по всей вашей стране у меня должны были быть сторонники, какие-то ячейки организации. Разумеется, никакого ответа нет.
Кроме того, в суде все наши жалобы в 100% случаев удовлетворялись в пользу обвиняющей стороны. В суде первой инстанции в пользу обвиняющей стороны удовлетворялось 99,4%.
Я выразил благодарность за ошибки такого качества и количества, потому что для нас это очень важно, это будет способствовать и восстановлению справедливости, поскольку в международном суде мы все это представим.
Довольно примечательно и то, что вместо доказательств используют фейки — ложь, фальсификации, заявления, различные политические подходы своей стороны, лозунги и так далее.
Иногда мы пытались посмотреть записи, как все это зафиксировано в их документах, и видели, что наши слова вообще не включены, либо в лучшем случае включены в сильно сокращенном или искаженном виде. Это ни что иное, как правовой апартеид.
Что можно сказать, когда официально заявляется, что необходимо расширить рамки непредумышленных убийств, чтобы обвинить всех в убийствах».
Давид Бабаян также отметил, что у него есть проблемы со здоровьем, о которых он говорил в суде и просил, чтобы все это было зафиксировано: «Конечно, я подозреваю, и понятно, что они не захотят, чтобы я дошел до международного суда. Проблемы со здоровьем есть не только у меня. У ряда наших товарищей действительно серьезные проблемы со здоровьем. Конечно, в каком-то смысле это ожидаемо, потому что мы боремся в этом злом мире за справедливость и свободу, за права человека, а такое просто так не бывает.
Одно дело — бороться за справедливость, другое дело — сидеть за это, но знайте: хотя мы и сидим, мы не стоим на коленях, и пусть все это знают. В остальном все нормально, держитесь крепко, дорогие соотечественники, люди доброй воли, нашу Родину еще ждут тяжелые явления».