Для Православной мысли тема освобождения армян была наиболее ярким примером священной, справедливой войны. Чтобы не быть голословными, приведем в пример духовное творчество В.Соловьева и А.Осипова. Это два светильника православной философии. Первый – классик начала ХХ века, второй – наш современник, профессор московской духовной Академии, уже при жизни заслуживший почётное право называться классиком русского богословия.
Приведенный ниже текст цитируется по изданию: А.И.Осипов, «Православное понимание смысле жизни», сборник статей, Киев, 2001 г.
«И все же, по какому критерию можем мы оценивать ту или другую войну?
Сначала приведем интересный рассказ из «Трех разговоров» B.C.Соловьева. В первом разговоре ведется беседа, в которой генерал рассказывает такой случай: «Во время Кавказской кампании, когда шла война с турками в связи с Арменией, мы медленно продвигались за противником, и однажды перед нами открылось огромное армянское село. Мы увидели там жуткую вещь: не только совершенно спаленную деревню, но телеги, к которым были привязаны армяне, не успевшие убежать, а под телегами разведенные костры — их садистски убивали. Но одна картина поразила всех до глубины души. К оси телеги навзничь на земле была привязана женщина так, чтобы не могла головы повернуть. Она была мертва, у нее никаких ран, лишь лицо было искажено. Что же случилось? Буквально перед ней был вбит шест, на котором привязан голый младенец, видимо, ее сын, весь почерневший и с выкатившимися глазками, а рядом валяется решетка с потухшими углями. Ясно, что сделали изверги.
Вдруг из какого-то сухого колодца к нам выбрался армянин. Кричит, что турки пошли в рядом находящееся село. «Сколько их?» — спрашиваю. — «Сорок тысяч». А у нас было порядка пятисот человек и шесть пушек.
Тем не менее, мы спросили короткий путь, — продолжал генерал, — и по этому пути, не рассуждая, двинулись. Получилось так, что наш отряд вышел как раз в то время, когда турки (их оказалось около четырех тысяч) входили в другое армянское селение. Тогда небольшой отряд казаков поскакал к ним, а основная наша часть осталась в засаде с замаскированными пушками. Турки, заметив казаков, не раздумывая, погнались за ними. Мы же, подпустив их, открыли по басурманам огонь картечью буквально в упор, так что успели сделать всего два залпа. Если бы турки оказались посмелее и продолжали наступление, то нам бы всем несдобровать. Но они испугались и стали отступать. Тут мы еще произвели залп картечью, и потом все ринулись на них.
Турки бросали оружие, просили пощады, но мы изрубили их всех, никого не оставили. И вот теперь, господа, говорю вам: у меня нет никаких добрых дел, но до сих пор, когда я вспоминаю этот случай, у меня на душе светлое Христово Воскресение. Я считаю единственным в своей жизни святым, истинно добрым делом то, которое тогда совершил!».
Совершенно очевидно – пишет Осипов, процитировав Соловьёва – «это был настоящий подвиг, так как русские шли на явную смерть. Ведь они думали, что турок там сорок тысяч, а их самих было всего около пятисот человек. Но, с другой стороны, русские перебили всех турок, никого не пощадили. Зло совершили? Нет! Не из желания зла они действовали, но из глубокого чувства праведного гнева, которое есть одно из существенных характеристик истинной любви».
Такова христианская оценка войны изложенная, так сказать, из первых уст. Именно на примерах геноцида армян и противодействия этому геноциду Соловьёв и Осипов обосновывают факт включения в святцы военных.
По публикации Геннадия ГОТОРПОВА, http://blogs.mail.ru/mail/vazgenavag/