Борьба за выживание летнего кинотеатра “Москва” не утихает — разгорается пуще прежнего. Общественность, тяготеющая к культуре, пытается вразумить церковных деятелей, которые с героической убежденностью ратуют за уничтожение современного архитектурного памятника и воссоздание “новодела” в память о разрушенной безбожниками церкви Погос-Петрос.
Пока молчат ООО “Кинотеатр “Москва”, Министерство культуры, мэрия, наконец, правительство — никаких разъяснений, никаких официальных комментариев — деятели Армянской Апостольской Церкви, иначе Св.Эчмиадзин, обрели невероятную энергию (очевидно, ниспосланную свыше) и чрезвычайно оживились.
Едва ли не первым прорвался на телевидение отец Комитас. Он со рвением необыкновенным вещал в эфире телеканала “Шант”. Все норовил продемонстрировать несколько нечестно сделанных фотографий, на которых замечательное произведение архитекторов С.Кндехцяна и Т.Геворкяна представало в качестве неких пошлых руин. “И это вы называете шедевром?” — картинно восклицал он и саркастически улыбался. Вардапет пребывает, очевидно, в абсолютной уверенности, что с шедеврами армянской архитектуры покончено давно, еще в зрелом средневековье. На резонный вопрос телеведущего Нвера Мнацаканяна, сколько нужно ереванцам церквей, вардапет Комитас ответил возрадовавшись и с прытью, не совместимой с его почтенным достоинством. Много, нужно много церквей, сказал он. А много — это сколько, хотелось бы спросить...
Позже в экранах замелькал Тер Мхитар Алоян. Тому чудились заговоры против церкви, о чем он не таясь поведал телеаудитории. Заговор, мол, и чей-то заказ выполняют граждане, защищающие кинотеатр. Бездуховные, заблудшие люди. Таков был контекст.
Дальше — больше. Уж не помнится, в каком эфире появился отец Асохик Карапетян — директор Архива и музеев ААЦ, что предполагает кроме фундаментальной образованности еще и широту взглядов. Как бы не так! “Я как священник, как рядовой гражданин, как житель Еревана буду счастлив, если мои дети, гуляя по Еревану, чаще будут встречать Божьи дома, чаще будут слышать сладостный перезвон церковных колоколов и мелодию песнопений вместо убивающих душу и лишающих разума дискотек...” Говорил он страстно, расширив глаза, прямо прожигая взглядом нечестивую телеаудиторию. Это было великолепное зрелище. Сказал и зашагал в глубь кадра.
На страницах газеты “Азг” выступил Тер Паргев Абега Барсегян. Он тоже весьма удивлен тем, что граждане защищают кинотеатр. В своих рассуждениях, как и другие деятели, демагогически лукавит, сообщая, что именно Армянская Церковь спасла и сохранила духовные ценности и памятники. Весь парадокс в том, что никто в армянском космосе в этом не сомневается, и все, даже атеисты, знают о роли и месте церкви в многовековой истории национальной культуры. Сокрушается, опасается, но чего! А вот чего. Его беспокоит, что вопрос сноса архитектурного памятника-кинотеатра предполагают вынести на общественное обсуждение. “Что скажут иностранцы, когда узнают, что первый христианский народ проводит референдум по поводу строительства церкви?” Коварный ход. Откуда иностранцам знать предысторию этой заварушки? Опять же напирает на то, что вот народ предпочитает греховный кинотеатр строительству Божьего дома. “Если человек не пойдет в кинотеатр, большой потери не будет, тем более что этот кинотеатр не действует, но если он не пойдет в церковь, то потеряет душу”. Приехали... Ревностные католики — итальянцы, испанцы, португальцы, даже французы, да и все вокруг верующие в мире — и в кино ходят, и церковь опять же посещают. И ничего, живут и здравствуют. Паргев Абега Барсегян, как и другие его коллеги, бесконечно повторяет заветные спасительные слова — духовность, святая церковь, бездуховность, национальные ценности — для пущей убедительности. Они пытаются доказать, что кинотеатр — мусор, не то что духовные ценности. Они ведут себя так, будто время пошло вспять и на дворе 30-е годы и ломают церковь, чтобы построить богомерзкий кинотеатр. Они агрессивно отбиваются от своих же сограждан, как от супостатов, окруживших святую обитель. Смешно и грустно. Особенно смешно и особенно грустно, что речь они ведут о восстановлении исторической справедливости, однако при этом указывают совсем не туда, где некогда стояла базилика Погос-Петроса.
Церковные деятели упорно вбивают в общественное сознание мысль, что защитники кинотеатра против церкви. Такой маленький подлог. Но ведь это не так. Люди только лишь против строительства церкви за счет летнего кинотеатра. Вот и весь сказ. Все остальное — дурман. И духовность тут ни при чем. Люди абсолютно справедливо замечают, что церковь Катогике, т.е. Сурб Аствацацин, в паре сотне метров и концентрировать именно в центре божьи дома не резон, при том что истовых верующих, изнемогающих без церкви, не слишком много. При этом известно, что люди в абсолютном большинстве посещают церковь в своем районе, а не ездят отовсюду и издалека. Так во всем мире. Сегодня многие районы столицы не имеют церквей. Может, руководству ААЦ надо именно об этом позаботиться, а не затевать конфронтацию со своим же народом, с частью его. Это совершенная нелепость. Ведь что имеем в итоге? Имеем, что “они” — высокодуховные приверженцы национальных ценностей, а “остальные” — бездуховные, отвергающие всякие нацценности. Едва ли не грешники, место которым в адском огне.
Между тем богоугодных дел у ААЦ много. Если страсть, растрачиваемую на уничтожение памятника архитектуры — кинотеатра, направить в нужное русло, то можно привести чуть ли не в идеальное состояние церкви, находящиеся в ведении ААЦ. Можно открыть столовые и ночлежные дома для одиноких и страждущих. Это было бы полезнее борьбы за церковь Погос-Петроса, которая вполне может быть построена и в другом месте. И не надо говорить, что божьи дома должны воздвигать только в традиционно святых местах. Церковь Григора Лусаворича, несколько других недавно построенных появились буквально на пустом месте.
Есть, однако, маленькое “но”. На обсуждении проблемы “кинотеатр или церковь” Аршака епископа Хачатряна спросили, может ли Первопрестольный Эчмиадзин отказаться от идеи и сказать “нет” спонсору-благотворителю и его предложению. Аршак-србазан ответил весьма загадочно-кудряво в том смысле, что пока нет задачи о сносе, а только о строительстве. И что благотворитель, который дает деньги, сам же и решает, где место церкви. Вот как, оказывается. То есть получается, что в генплан столицы может вносить “коррективы” не только духовная столица, но и щедрый благотворитель. О том, что церковь отделена от государства, как-то напрочь забыли...
Тем временем идут “охранные” письма из-за рубежа, собрано почти 20 тысяч подписей ереванцев, проводятся различные акции, возмущены иностранные коллеги и архитекторы диаспоры. Общественный разум возмущенно кипит. Духовная власть упрямо стоит на своем. Государственные структуры играют в молчанку.
Карен Микаэлян, "Новое время"