В Армении есть действующие предприятия, о которых вспоминают очень редко. Глядим со смотровой площадки на красные крыши Гориса – и кто же знал, что тут уцелело электротехническое предприятие – «Горисская гамма»… Проезжая через Раздан в Цахкадзор – узнаешь ли, что в затерянном уголке промзоны осталось предприятие, печатающее платы? С названием «Лестар» - по имени чудо-умельца из «изумрудной» сказки. В винно-персиковом, совсем не промышленном Ехегнадзоре есть выживший филиал Ереванского релейного завода, «Рафэльгриг», который экспортирует реле в Россию. В Ноемберяне два года назад заработал завод дросселей «Артамет». Каким-то образом из далеких регионов не хотят уезжать инженеры. Да и рабочие на этих заводах – живое опровержение той оскомины, с которой армяне проговаривают сейчас слово «банвор» - рабочий. А на разданском «Лестаре» произошло вот что: в кабинет, где помощник директора разложил на столе полдюжины плат, для фотоснимка, вдруг входит «банвор». «Скажите, а какая плата здесь для чего?». Беглый взгляд через комнату из дверного проема: «Ну, как же… вон та, большая, для светофора, эта, для счетчика. Эти однослойные, вон та справа – многослойная»… Много ли у нас микроэлектронщиков, разбирающихся в платах, как этот «банвор»?
Генеральный директор ноемберянского ЗАО «Артамет» Гагик Абовян своими работниками тоже гордится: «ОТК у меня – еще советской школы. Ни одного брака не пропустят. Поэтому наши дроссели Россия и берет. С заказами не успеваем справиться. И терять их не хотим, и времени на все не хватает». Хотя в год предприятие может производить до 270 тысяч дросселей.
На этой радостной ноте история «ноемберянской мечты» начинает разворачиваться в обратную сторону. «Времени» не хватает не у людей, а у станков - действующие 12 обмоточных устарели и полностью заняты. На покупку новых ни один банк кредита не выдает. Хоть и заказы у «Артамета» есть, и рынки, а не хватает одного, но для банка самого главного – ходового залога. Недвижимости. А цех «Артамета» не свой - арендованный. 100 тысяч долларов на его покупку как не было, так и нет. А хлопот у завода, как с обновами детям: и новые станки, и новый цех в приграничной с Азербайджаном деревне Барекамаван, в 32 км от города.
Приехав в Барекамаван, мы обнаружили, что завода здесь нет. Дроссельные катушки склеивают надомницы из присылаемого сырья. Но после первой пробной партии заказы отчего-то поступать перестали. В двух километрах – азербайджанская граница, поля за деревней простреливаются. В безопасности только сады. Полуразрушенное здание бывшего клуба, которое хотели выделить под цех, ждет кредитов на развитие. «Но заказы нам даже на дом давно не присылают»…
А причина все та же – не хватает оборотных средств. В кредит все упиралось и тогда, когда в 2010 году село посетил вице-премьер Армен Геворкян. Тогда кредитные гарантии на 10 млн. драмов получить не удалось. В июле правительственные чиновники посетили село снова, но о заводе уже не говорили. Уже провели воду, собираются – газ. Отремонтируют школу. Помощь значительная и очень нужная для далекой деревни. Но в этом году в школе всего четыре выпускника. Кто из них выучится на инженера и вернется домой на завод? Лозунги наподобие «мы кредитуем ваше будущее» писали как будто с этой ситуации. Просто кредитовать пока некому.
Завод в Ноемберяне Абовян открыл после того, как до 1997 года руководил аналогичным предприятием в соседней с Ноемберяном деревне Кохб. Сейчас на предприятии занято 34 человека, не считая сдельщиков в Барекамаване: «У сельского старосты я попросил выделить нам комнаты в клубном здании. Все-таки не такая вещь дроссели, чтобы делать их на дому. Да и контролерам следить за продукцией сложнее. Недавно со мной говорили представители ереванского офиса UNDP, обещали помочь с проектом. Из России для завода импортируются ферритовые сердечники для дросселей. Кабель для обмотки покупается на месте, из сохранившихся у дилеров советских запасов. Готовая продукция посылается в Россию и на Украину. «Жалко терять такое производство. Если отстанем в качестве, потеряем рынки. А из России привезти такие заказы я смог только старыми знакомствами. Найти клиентов заново будет труднее». Да и нынешние ошибок не прощают. Не желая отказываться от больших заказов – а с ними и от скидок – завод расписывается под договорами. Когда не укладывается в объем – клиенты отвечают задержкой с платежами. А все эти неудобства от того, что у бизнесмена не хватает средств. Можно либо обвинить его в нерасчетливости, либо подумать о тех 34 людях, что подолгу работают без зарплаты. И все равно не уходят. Лишь бы знать, что утром идешь на работу, вечером – с работы. А если уйти? Вариантов в приграничном городе немногим больше, чем в приграничной деревне. «Были работники, особенно возражавшие против задержки зарплат, я, нужно признаться, их уволил»…
На задержку зарплаты сотрудники уже жаловались. Если до октября задолженность не погасят, завод проверит Трудовая инспекция. Но почему заводу не хватает воздуха – никто не проверяет. Решения о кредитной гарантии нужно ждать еще около месяца. О том, попытается ли Гагик Абовян до этого рассчитаться с работниками, мы не спросили. Государство тоже, судя по всему, спрашивать не собирается. Ведь эти люди безработными пока не числятся. Вот когда станут, тогда можно и позаботиться.
Арам Гарегинян, Новости Армении - NEWS.am