Какой страной была бы Турция, если бы не события 1915 года — этой теме посвящена статья известного турецкого обозревателя Орхана Кемаля Ченгиза в Today’s Zaman. “Стамбул и Константинополь” — так озаглавлена публикация, в которой детские воспоминания автора соседствуют с совсем не детскими вопросами.
“Когда я был ребенком, мы жили в “греческом” доме. С железными ставнями и воротами, с высоченными потолками он отличался от других домов в округе. Я также помню, как туристки из Греции, припав к стенам каких-то домов в Чешме, где мы обычно отдыхали летом, горько рыдали. Моя мать при виде их также пускала слезу. Я долго не мог понять причину этих слез. Наши соотечественники-немусульмане словно растворились в воздухе, оставив после себя дома, улицы, церкви, фонтаны и другие “следы”, которые всегда продолжали оставаться частью нашей жизни. Несмотря на то что в наших учебниках истории о них не говорится ни слова, несмотря на то что их имена повсеместно методично стираются, они оставили напоминания о себе по всей стране”, — пишет Ченгиз.
Сам факт имевшей место этнической “чистки” он приравнивает к “социальному землетрясению”. Опираясь на демографические данные периода, предшествовавшего 1915 году, он заявляет, что сегодня в Турции могли бы проживать 18 млн немусульман. “Просто постарайтесь представить: 18 млн немусульман, в основном греков, армян и евреев! Какой бы могла быть Турция в этом случае?” По мнению автора, несравнимо лучшей страной.
“Мы наверняка были бы более уверены в себе. У нас в парламенте были бы депутаты-немусульмане, и у нас явно не было бы Курдского вопроса. Мы не были бы обществом, потерявшим память. Мы не додумались бы вывесить на стадионе во время футбольного матча с греками плакат, надпись на котором гласит: “С 1453 года Стамбул”. По сути этот плакат содержит в себе такой мессидж: “Этот город не принадлежит нам, он — ваш. Мы его просто захватили”.
...”Если бы мы не избавились от немусульман и имели бы честность и мужество считаться с “туманными” страницами своей истории, мы бы точно не обижались, заметив надпись “Константинополь” рядом с современным названием “Стамбул”. Мы нашли бы в себе силы открыть Айя Софию как церковь... Мы бы надлежащим образом, с признательностью вспоминали армянских архитекторов. Мы бы называли Синана, подарившего свои величественные творения Оттоманской империи, его настоящим именем, свидетельствующим о его армянском происхождении, — Арменом Синаняном. ...Если б у нас действительно было бы больше уверенности в себе, мы не отрицали бы своего прошлого. И если б мы были честными, мы бы знали больше о себе и о своем прошлом. И это знание дало бы нам озарение — мы перестали бы чествовать убийц как героев, а истинных героев не причисляли бы к предателям. Вот только вопрос: можем ли мы преодолеть эпидемию национализма, можем ли мы избавиться от причиненного этой эпидемией ущерба? ...И, наконец, можем ли мы полюбить Стамбул как Константинополь?”
"Новое время"