Политические процессы в Республике Армения и Арцахе вновь актуализируют вопрос нового формата взаимоотношений с диаспорой. Официальный Ереван декларирует политику активного включения диаспоры в решение, стоящих перед молодой республикой задач. Однако, это имеет логичное объяснение – вряд ли можно предположить, что найдется такая политическая сила в стране, что позволит себе открыто выступить против этого из-за вполне прагматичных интересов. Наиболее важным сегодня является вопрос будущего институализированного формата этих взаимоотношений.
Одна из наиболее распространенных идей – создание двухуровневого парламента. С подобной идеей, в свое время, выступила министр диаспоры РА Грануш Акопян: «Глава государства, рассмотрев вопрос, пришел к выводу и делает предложение, что да, нужны определенные изменения в системе управления страной, которые дадут возможность армянам всего мира принять участие в государственном управлении Арменией. Неслучайно, что сегодня мы хотим изменить Конституцию нашей страны и сделать парламент двухпалатным, - с Первой, внутренней палатой, и Высшей. Высшая палата – сенат, в которую могут быть включены армяне из Диаспоры».
Является ли реальным претворение в жизнь подобного проекта? Постараемся ответить на этот вопрос, принимая во внимание идеологические парадигмы в Армении и в Спюрке. Подобный проект должен быть продуман до мельчайших деталей, ибо мы говорим не просто о создании комитета, чьи решения будут носить рекомендательный характер. Мы говорим об изменении определенной части политической системы, с чем вряд ли согласится политический истеблишмент республики. Но, можно ли сваливать всю вину на официальный Ереван? Разумеется нет, ибо любая политическая элита, любого государства стремится в первую очередь сохранить свое влияние, и армянские элиты в этом смысле не являются исключением. Основная проблема кроется в самой диаспоре и ее организации.
Начнем с того, что диаспора, община и лобби – совершенно разные понятия. По мнению известного американского политолога Джона Мишнмайера, диаспора – является единым организмом, имеющим все необходимые институты для претворения в жизнь общих проектов, направленных на улучшение исторической родины. Община же окрашена в сугубо культурные цвета, и, следовательно, круг ее деятельности максимально сужен. Лобби - группа, состоящая из видных политических деятелей (не обязательно одной национальности), представляющих определенные интересы на самом высоком уровне. Для эффективного взаимодействия, необходимо, чтобы три вышеперечисленные составляющие были соединены в один единый общеармянский орган.
Как можно сегодня создавать парламент диаспоры, когда в некоторых странах нет диаспоры в ее фундаментальном смысле? В связи в различным уровнем развития диаспоры, общины и лобби, проект парламента сегодня является не более, чем утопией. Нельзя также забывать о серьезном идеологическом конфликте классического и нового Спюрка. Для преодоления всех препятствий необходимо лишь одно – создания Координационного Совета, который объединит лидеров ведущих армянских организаций по всему миру. По мере развития и реализации совместных долгосрочных проектов, мы получим влиятельную организацию, которая будет иметь конкретные механизмы непосредственного влияния, как на внешнюю, так и на внутреннюю политику Армении. Политические элиты Армении в качестве «отговорок» приводят в пример государство Израиль, созданное диаспорой, но до сих пор не имеющего институт подобного рода. Не нужно вводить людей в заблуждение, ибо известно, что основой как государства Израиль, так и мирового еврейства (Всемирный Еврейский Конгресс) – является единая идеология сионизма, созданного задолго до становления самого Израиля. В этом смысле израильское лобби имеет беспрецедентные рычаги влияния на любую политическую силу и надобность в парламенте диаспоры отпадает сама собой. Именно поэтому лидеры еврейских организаций в первую очередь создали Всемирный Конгресс, который проделал большую работу в объединительном процессе еврейского народа вокруг единой идеологии. В данном контексте некорректно сравнивать армянскую диаспору с израильской.
Также существуют четкие процедуры становления самой организации: выработка концепции, целей и задач, источник финансирования, рабочие органы. Необходимо также учитывать, что любые этно-организационные образования международного уровня наделяются договорной правоспособностью, то есть вправе заключать самые разнообразные соглашения в рамках своей компетенции.
Как устанавливает статья 6 Венской конвенции о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями, «правоспособность международных организаций заключать договоры регулируется правилами этой организации». Пункт 1 Конвенции разъясняет, что «правила организации» означают, в частности, учредительные акты, принятые в соответствии с ними решения и резолюции, а также установившуюся практику организации. Анализ учредительных актов международных организаций свидетельствует, что договорная правоспособность закрепляется в них, как правило, двумя способами: либо в общем положении, предусматривающем право заключать любые договоры, способствующие выполнению задач организации.
Для создания подобной модели – необходимо лишь частично отказаться от узких идеологических доктрин. Сегодняшний мир находится в стадии крупнейших идеологических противостояний, в рамках которых отдельные этнические структуры теряют свое влияние. Главным рецептом выживания и последующего развития отдельных этнических структур – является их унификация. Этот объективный вызов современного времени. От того, как мы сможем на него ответить – будет зависеть наше будущее, ибо объединение вокруг локальной идеологии возможно лишь в краткосрочной перспективе и это доказано историей.
Галстян Арег, «time to analyze» - politics, society, and ideas