Талин Суджян – историк, живет в Мюнхене, работает на кафедре тюркологии Института востоковедения университета Людвига Максимилиана. В декабре 2013 года Талин по приглашению Министерства диаспоры РА приняла участие в конференции, в которой участвовали представители западноармянской интеллигенции и политические деятели из Европы, Среднего Востока, Северной и Южной Америки. Были также представители Армении.
- Мне сообщили по телефону, что речь будет идти о программе пересмотра отношений между Арменией и диаспорой или о намерении разработать такую программу. В дальнейшем в ходе разговоров выяснилось, что под разными концепциями мы понимаем разные вещи. Одна из этих концепции касалась родины. Шел общий разговор о нации и государстве, в том числе об Армении и принадлежащей ей диаспоре. Есть диаспора, которая не принадлежит Армении. Она была создана до обретения независимости Арменией, в основном в период с конца 19-го века до 1915 г. и позже. Это диаспора западных армян. Есть также армянская диаспора, образованная после обретения независимости Арменией. Подход, состоящий в том, чтобы называть обе диаспоры одной принадлежащей Армении диаспорой, иллюзия и преследует цель объединить диаспору вокруг идеи нация-государство. Следовательно, надо видеть различия, говорить о них, оставив в стороне абстрактный подход "одна нация – одна родина", и в соответствии с этим определить предстоящие шаги. Я думаю, что самым важным различием является противодействие подписанию протоколов с Турцией, которое было проявлено в общинах диаспоры. Надо извлечь уроки из произошедшего.
- Что означают твои слова, Талин? Объясни, пожалуйста, поподробнее.
- Прежде всего, как я уже объяснила, нет непосредственной принадлежности. Во-вторых, что очень важно, нет какого-либо механизма представительства, особенно для западноармянской диаспоры. То есть министр диаспоры назначается государством или правительством, и в соответствии с этим данное правительство должно быть представителем народа Армении, но не западных армян. В-третьих, Армения, разумеется, близка всем армянам. Есть есть армяне, которые вообще не были в Армении, но идея Армении для них – счастье, они думают о том, что есть страна, где говорят на армянском.
Есть армяне, которые приезжают в Армению раз в году на 15 дней, и для них это тоже связь. Есть зарубежные армяне, которые обосновались в Армении. Армения важна для всех, но если предположить, что Армения – родина всех армян, то это другое дело, потому что для одного Армения может быть местом рождения, для другого – родиной его дедов. С этой точки зрения где родина живущего в Гленделе тигранакертца?
Есть другая реалия: зарубежные армяне не живут той повседневной жизнью, которой живут армяне в Армении, и это естественно. И мне кажется, что повседневность очень важна, поскольку она составляет нашу жизнь.
- Что ты ждешь от Министерства диаспоры?
- Если утверждается, что число армян в диаспоре в три раза превышает число живуших в Армении, значит Министерство диаспоры необходимо. Оно, на мой взгляд, должно заниматься деятельностью в Армении. Между Арменией и диаспорой существуют довольно важные различия в культуре, социальной и политической жизни, образе мышления. Наряду с этими различиями необходимо создавать места для совместного проживания, для установления и развития связей.
- Осуществляется ли такой процесс?
- Исследование Анаит Мкртчян дает хорошие объяснения культурным различиями и вытекающим из них вызовам. На мой взгляд, Армения должна быть страной, где вместе звучат восточноармянский и западноармянский. В повседневной жизни Армения должна быть страной, где для западноармянской интеллигенции будут созданы места, способствующие тому, чтобы эти люди чаще приезжали, в Армению, проводили изучения, выступали с лекциями в университетах.
В последние годы в Армении стали издаваться книги на западноармянском языке. Армяне, покинувшие Сирию, Ливан, Ирак, приехали и обосновались в Армении по печальным поводам. Но сегодня на улицах армянских городов можно услышать западноармянскую речь. Так было и в 40-х годах прошлого века, когда была организована репатриация в Армению. Но тогда люди не смогли остаться, так как в советской действительности различия между западноармянским и восточноармянским мирами не смогли сосуществовать.
- А что ты предлагаешь? Что нужно делать?
- Министерство диаспоры Армении должно постараться добиться того, чтобы Армения стала для западных армян той страной, где есть возможность спокойно жить. Вместе с тем я знаю, что в самой Армении общество испытывает серьезные трудности, стоит перед вызовами – политическими, экономическими, социальными и, почему нет, перед нескончаемой эмиграцией. В диаспоре у нас до сих пор нет представительных организаций. Хочу коснуться высказываний руководителя Института по изучению Геноцида и диаспоры Бохумского университета Миграна Дабага о важности общины. Он говорит о необходимости иметь сильную общину. Жизнь в общине предполагает, что родившийся в семье ребенок может пойти в армянскую школу, если есть бедная семья, она может обратиться за помощью к общине, если нужно выступить с концертами, община окажет помощь в их организации. То есть между повседневностью и общиной должна существовать непосредственная связь, должен быть механизм воспроизводства, чтобы была создана община. А если община есть, то можно подумать о представительстве.
Фото с haigazian.edu.lb
Марине Мартиросян, http://hetq.am/