Несколько дней назад "Спартак" официально потерял шансы на чемпионство – 13-й сезон подряд. Полузащитник красно-белых смотрел на неудачи со стороны: он не выходил на поле с прошлого июня из-за разрыва крестообразных связок колена, но с марта был готов вернуться и помочь команде. Однако, по словам 25-летнего хавбека сборной Армении, ему не давал это сделать Мурат Якин. Озбилис решил рассказать "СЭ" все, что думает о тренере и ситуации в команде.
– По официальной версии, я все еще травмирован, – говорит Озбилис. – Все так думают, потому что из клуба так преподносится. На самом же деле, я уже давно чувствую себя прекрасно и готов на сто процентов. Больше месяца назад я закончил работу с тренером по физподготовке Хавьером (Нойа-Сальсес – тренером по физподготовке из Испании. – Прим. "СЭ"). Понятное дело, что после этого необходимо набирать игровые кондиции, чтобы как можно скорее выйти на свой уровень. Но за прошедшие пять-шесть недель я ничуть не прибавил. Мне этого не дают делать…
– Кто и почему?
– Последнюю тренировку с командой я провел в пятницу,17 апреля, за день до игры с "Мордовией". На следующий день в Саранске мы победили, и тренер решил предоставить игрокам три выходных. И сам с тремя помощниками уехал в Швейцарию. В команде же не осталось ни-ко-го. Мне дали какие-то упражнения и сказали заниматься в зале. А для меня сейчас день простоя за два. Меня же на четыре дня, по сути, убрали с поля и отобрали мяч. Не понимаю, как в профессиональном клубе все четыре тренера могут в одночасье уехать из команды и никого не оставить с игроком, которого нужно максимально быстро вернуть в строй.
– И что вы сделали?
– Сказал: "Нет проблем. Целый год провел на тренажерах, проведу на них еще несколько дней".
– Поговорить с Якином и попытаться объясниться не пробовали?
– В этом нет особого смысла. Медицинский персонал и тренеры по физподготовке "Спартака" по-настоящему профессиональны, одни из лучших которых я встречал в своей карьере. А с тренерским штабом проблемы регулярны.
– Проблемы какого характера?
– Отсутствие должной коммуникации. Наверное, это не совсем нормально, когда по ходу тренировки не понимаешь, что от тебя хотят, и постоянно спрашиваешь об этом тренера. И я говорю не только о себе.
– Что было дальше?
– В среду тренеры прилетели обратно, а нас ждали сразу две тренировки. На одной я занимался в общей группе, на другой – вместе с Денисом Глушаковым и Жоау Карлосом. Все было нормально, чувствовал себя прекрасно. Я только сказал Якину, что это мой первый раз за последний год, когда я тренируюсь дважды за день. На следующий день в конце тренировки почувствовал небольшую усталость в мышцах колена, причем не того, на котором была сделана операция, и сам сказал об этом тренеру. Ну а в пятницу Якин созвал всех врачей и тренеров и сказал, что я не готов. Я был в шоке от происходящего. Да и не только я.
– В том числе и тренер по физподготовке?
– Конечно. Я сдал все тесты, мои результаты были отличными. Еще раз повторюсь: был готов уже давно, и об этом знали все. Ну а подобные мелкие проблемы случаются у любого футболиста.
– Что-то возражать Якину было бессмысленно?
– "Мне нужны только здоровые игроки", – он все время твердил эту фразу. Говорил, что не может проводить тренировки с травмированными. И после этого выставил меня из основы и отправил во вторую команду, которая, к слову, тренируется на синтетике…
– …
– Я не хочу играть за тренера, который так ко мне относится, который не хочет, чтобы я тренировался и играл. Мне сложно понять, как можно всем тренерским штабом уехать из команды на три дня и не оставить ни единого человека с игроками. Особенно с теми, кто в этом нуждается. Я весь год усердно восстанавливался, считал дни до возвращения на поле, но мне не дают этого сделать. Я же не прошу, чтобы меня с ходу ставили в основу, просто хочу тренироваться с командой, чтобы быстрее набрать игровые кондиции и быть готовым помочь "Спартаку"…
– …который в минувшее воскресенье в очередной раз потерял шансы стать чемпионом. Как считаете, из-за Якина?
– Не хочу говорить о нем, как о тренере, ведь я даже не играл под его руководством. Но с таким отношением к людям и таким микроклиматом в коллективе успехов не добьешься. И я, и другие футболисты не понимают многого, что творится в команде.
– Что о вашей ситуации говорят ваши партнеры?
– Они не верят в происходящее. Когда тренируемся вместе, они не верят, что меня не было год на поле. Когда меня отправили во вторую команду, они не поверили, что со мной так поступают. Спрашивают, за что, и я не знаю, как ответить.
– И все же, какие-то мысли по этому поводу наверняка есть?
– Я все время прогонял от себя эти мысли, но теперь спрашиваю себя, быть может, все это происходит, потому что я армянин, а тренер – турок?
– А что думает на этот счет Юра Мовсисян?
– Что может думать человек, который последние годы забивал не меньше 15 голов за сезон, но которому в одночасье перестают доверять и выпускать на поле. Он что, мог так быстро из одного из лучших нападающих в стране превратиться в запасного? Может, не в нем дело?
– Не могу не спросить, как вы провели 24 апреля, день столетней годовщины геноцида армян в Османской империи?
– Это было бы смешно, если б не было так грустно, но о том, что меня выгоняют из первой команды "Спартака", Якин сообщил мне как раз в этот день…
Артур Петросьян, http://www.sport-express.ru