
Безусловно, удивляет, а порой даже ошеломляет, как общество предаётся безудержному веселью, несмотря на то, что рана, нанесённая потерей Арцаха и другими трагическими событиями, всё ещё открыта, и сотни тысяч наших соотечественников продолжают жить с этой болью.
Но, с другой стороны, если попытаться глубже взглянуть на 35-летний путь, пройденный нашей независимостью, то с горечью и болью приходится признать: в целом за эти годы не проводилось государственной политики, направленной на формирование иного общества.
Более того, политическая, экономическая и даже культурная элиты Армении на протяжении последних десятилетий собственной жизнью демонстрировали обществу именно радость потребления.
Сталкиваясь на протяжении десятилетий огромные и всё более углубляющимися вызовами, имея дело в исключительно чувствительным и ключевым для национально-государственной идентичности вопросом — арцахский конфликтом, — государство не проводило политики формирования общества, соответствующего этим вызовам, политики воспитания молодого поколения, живущего с соответствующим этим вызовам мышлением и ориентирами.
Ничего не было сделано необходимого для создания атмосферы социальной солидарности, для формирования среды, в которой право собственности и социальная справедливость находились бы в согласии друг с другом, где крупный капитал в глубине души рядового гражданина не воспринимался бы как нечто более неприемлемое, чем внешний враг и противник.
Зато в противоположном направлении — осознанно или просто вследствие небрежности и безразличия — было сделано предостаточно , превратив тем самым общественную социально-психологическую реальность в кривое зеркало арцахского вызова.
Я категорически против безжалостной эксплуатации примитивных тезисов о «бывших» и «грабеже» для размывания и сокрытия прямой ответственности нынешних властей.
Но я также против того, чтобы не рассматривать проблемы общества в их глубине, потому что, если не идти вглубь, мы всегда будем пытаться находить поверхностные решения. А в таком случае суть проблемы будет лишь усугубляться, со временем, делая невозможной даже вероятность её лечения в корне.
Акоп Бадалян, Aravot.am