Министр обороны России Сергей Шойгу находится с рабочим визитом в Азербайджане. В этой связи вырисовываются некоторые сюжеты, которые нуждаются в осмыслении. Во-первых, накануне в Москве также с рабочим визитом побывал министр обороны Азербайджана Закир Гасанов. На встрече с ним Шойгу заявил, что «высоко оценивает сотрудничество двух стран во всех областях, в частности в военной сфере». Такое заявление прозвучало естественно, поскольку Россия действительно осуществляет поставки различных систем вооружений в Азербайджан. Но когда Гасанов пригласил Шойгу посетить Азербайджан, никто не предполагал, что ответный визит состоится чуть ли не на следующий день, что вводит в ситуацию интригу: появились темы или проблемы в отношениях между Россией и Азербайджаном, которые требуют оперативных решений.
Во-вторых, президент Азербайджана Ильхам Алиев, принимая Шойгу, внес общую, но не конкретную ясность. «Ваш визит проходит почти сразу после визита президента Российской Федерации в нашу страну, — говорил Алиев. — У нас широкий спектр двусторонних отношений, которые охватывают практически все стороны жизни. И во время визита президента России было отмечено, что высокий уровень отношений между нашими странами позволяет решать очень много вопросов в двусторонней повестке дня, а также вопросов, связанных с региональной безопасностью». По его словам, в ходе встреч с президентом России Владимиром Путиным «были рассмотрены вопросы, связанные с сотрудничеством в военной и военно-технической сфере», где «на протяжении многих лет мы активно сотрудничаем и наращиваем потенциал сотрудничества».
На основе этого можно сделать следующие выводы: договоренность о визите Шойгу в Баку была достигнута в ходе недавних двухсторонних переговоров президентом России и Азербайджана в Баку в формате саммита Азербайджан — Россия — Иран, и Алиев вывел на первые позиции предмет переговоров относительно региональной безопасности.
Первое, что сразу напрашивается, это, конечно, перспективы урегулирования нагорно-карабахского конфликта, который стал активно кровоточить начиная с апреля месяца и который удалось относительно приглушить благодаря усилиям президента России Путина и работы военных и внешнеполитических ведомств России, Азербайджана и Армении. В этой связи обращает на себя внимание заявление официального представителя Минобороны России генерал-майора Игоря Конашенкова о том, что в ходе переговоров в Баку Шойгу со своими азербайджанскими партнерами «проведет обмен мнениями по проблематике Нагорного Карабаха». Заметим, что некоторые агентства цитируют это заявление Конашенкова в формуле «обсуждение проблематики Нагорного Карабаха», что не одно и то же в политико-смысловом значении. Потому, что Москва, как и другие страны — сопредседательницы Минской группы ОБСЕ, связывает урегулирование этого конфликта только с политико-дипломатическими усилиями, но никак не с силовыми факторами. Поэтому термин региональная безопасность, используемый президентом Алиевым, имеет более широкое значение, выходящее за рамки проблем нагорно-карабахского урегулирования.
Кто сегодня угрожает Азербайджану, если вывести за скобки его сложные отношения с Арменией, являющейся военно-политическим союзником России по ОДКБ? Одно время, как писало американское издание The National Interest, в качестве главного «врага» Азербайджана выставляли Иран, который считал своего северного соседа «главным региональным союзником США и Израиля и грозился вернуть потерянные в Закавказье 17 городов во время правления династии Каджаров в ходе русско-иранских войн начала 19 — го века». Тем более что, согласно тому же изданию, «американские и израильские политологи обсуждали возможность использования азербайджанской территории в качестве района сосредоточения войск или пункта дозаправки авиации на тот случай, если дело дойдет до войны с Ираном».
В свою очередь Азербайджан нашел «стратегического союзника» в лице Турции, с которым стал развивать стратегическое партнерство. Ситуация принципиально изменилась, когда Иран после подписания венских соглашений по ядерной программе стал выводиться из режима санкций и укреплять свои геополитические позиции на Ближнем Востоке. В то же время Турция, совершая серьезные внешнеполитические ошибки, ввязавшись в так называемую «арабскую весну», а затем в сирийский кризис, через неудачную попытку переворота 15 июля обозначила тренд к заметному ослаблению своего влияния в регионе прежде всего в направлении былого геополитического противостояния с Ираном.
Анкара принялась искать новых союзников, а когда президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил о стремлении создать альянс Анкара — Тегеран — Москва, стало очевидно, что ситуация на Большом Ближнем Востоке претерпевает изменения принципиального значения. Поэтому инициатива Алиева по проведению трехстороннего саммита Азербайджан — Россия — Иран оказалась своевременной, поскольку она фиксирует новый статус-кво: Баку начинает подтягивать к себе Москву. Одновременно начался процесс нормализации отношений между Турцией и Россией, причем и Москва объективно выступает в роли партнеров двух тюркских государств при расширении своего сотрудничества с Ираном. Не случайно Турция стала выставлять проекты альянса Анкара — Москва — Баку или Анкара — Тегеран — Баку — Москва, в которых Москве отводится доминирующая роль.
В таких комбинациях существуют свои плюсы и минусы. Плюсы — в открывающихся возможностях для реализации широких геоэкономических проектов, когда их участники теряют интерес к силовому варианту решения региональных проблем. Не случайно сейчас эксперты рассуждают и о возможностях интеграции в эти проекты и Армении. Минус в том, что на данном этапе предполагаемые альянсы носят больше тактический характер и, как предупреждают эксперты американской частной разведывательно-аналитической компании Stratfor, могут разваливаться под давлением Запада, если он активизируется как на закавказском, так и на ближневосточном направлениях, обозначая новые точки противостояния с Россией.
Потенциально существует опасность и того, что противостояние будет экспортироваться и в работу Минской группы ОБСЕ по нагорно-карабахскому урегулированию через разыгрывание армянской «карты» и политическую эксплуатацию фактора поставок Россией Азербайджану систем вооружений, в появлении каких-то «новых» подходов к нагорно-карабахскому урегулированию, что практически уже и происходит, когда в Ереване стали проявляться определенные недовольства, связанные с политикой Москвы. Тем не менее, согласно некоторым дипломатическим источникам, сейчас прорабатывается вопрос личной встречи президентов Азербайджана и Армении Алиева и Сержа Саргсяна в том же формате, когда главы двух стран встретились в Санкт-Петербурге при посредничестве президента России Владимира Путина. Сам по себе этот факт примечателен, свидетельствует о появлении новых оценок в геополитической ситуации.
Москва не дезавуировала призыв к конфликтующим сторонам действовать во имя будущих поколений и чтобы «не было ни победителей и ни побежденных», хотя до реального достижения такого тезиса еще очень далеко. Но, как ни крути, нынешнее сближение России с Азербайджаном, что еще раз обозначил визит Шойгу в Баку, при сохранении союзнических отношений между Россией и Арменией, открывает на этом направлении новые «коридоры возможностей». В то же время, по словам Путина, «Армения — член ОДКБ, Армения — наш союзник», перед которым «есть определённые взаимные обязательства, и Россия всегда своих обязательств придерживается, всегда свои обязательства исполняет». И еще Путин добавил: «Но я бы не стал обращать сейчас внимание на военную сторону дела. Если мы хотим решить проблему, то решать ее нужно мирными средствами».
Станислав Тарасов, ИА REGNUM