Начало операции по освобождению Мосула от группировки ИГ вызвало военно-политическую активизацию Турции на иракском направлении. Резкие заявления турецкого руководства, требующего участия Анкары в операции, звучат практически ежедневно. В частности, президент Турции Эрдоган заявил, что Турция не может оставаться безучастной к событиям в соседнем Ираке и собирается принять участие в операции по освобождению Мосула. Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу также заявил, что неоднократно доводил до США суть позиции Анкары по ситуации в Сирии и Ираке. Глава МИД Турции предостерег Вашингтон от игнорирования позиции Анкары. В свою очередь вице-премьер Нуман Куртулмуш заявил, что власти Турции будут квалифицировать как агрессию против Анкары нападение боевиков ИГ на базу Башика на севере Ирака.
В СВОИХ ДЕЙСТВИЯХ АНКАРА ПРАКТИЧЕСКИ ПОВТОРЯЕТ ТАКТИКУ, УЖЕ РАНЕЕ ОПРОБОВАННУЮ В СИРИИ. Адресатом турецких требований являются главным образом США. Также, судя по заявлению Куртулмуша, в качестве предлога для возможного вмешательства явно предполагается использовать действия ИГ, подобно тому как ранее подобным предлогом стали обстрелы со стороны группировки приграничных районов Турции. Анкара заинтересована в создании своей сферы влияния в Ираке, с опорой именно на район Мосула, принадлежность которого являлась предметом спора после распада Османской империи. В то же время Турция опасается прибегать к прямому военному вмешательству без санкции и одобрения США и своими заявлениями и угрозами пытается склонить Вашингтон к поддержке турецкой интервенции.
Ранее данная тактика принесла плоды в Сирии, где США, изначально опирающиеся на сирийских курдов, фактически переориентировались на Турцию, сдав своих курдских партнеров. В конце октября Турция приступила к активным боевым действиям против сирийских курдов: по данным турецких военных, в результате серии авиаударов и артиллерийских обстрелов 20 октября погибли от 160 до 200 бойцов курдских сил. При этом примечательно, что происходящее практически не вызвало противодействия и реакции со стороны США.
Схожая ситуация наблюдается и в Ираке, просто в данном случае США могут сдать не курдов, а центральное правительство Ирака, в котором доминируют шииты и которое последовательно выступало против военного присутствия Турции в Ираке. По итогам визита в Турцию министр обороны США Эштон Картер заявил, что Турция и Ирак достигли принципиального согласия по вопросу операции против ИГ в Мосуле. Он отметил, что Вашингтон стремится проработать вопрос реализации договоренностей на практике. По словам Картера, совершенно нормально, что Турция интересуется событиями в Сирии и Ираке.
ЕГО ТУРЕЦКИЙ КОЛЛЕГА ФИКРИ ЫШЫК ТАКЖЕ СКАЗАЛ О НАЛИЧИИ принципиальной договоренности об участии Турции в "определении будущего Мосула". В свою очередь премьер-министр Ирака Хейдара аль-Абади отклонил предложение Турции об участии в операции в Мосуле. "Турки хотят участвовать, мы говорим спасибо, но если нам понадобится помощь Турции или любой другой страны региона, мы сами обратимся за ней", - сказал он. На этом фоне стало известно об участии артиллерии турецкой армии в обстрелах позиций ИГ в районе Мосула.
В данном случае действия США отражают ряд специфических аспектов американской ближневосточной политики. В первую очередь Вашингтон опасается, что, не получив его одобрения, Анкара может приступить к односторонним и, как следствие, неконтролируемым со стороны США действиям в Ираке. Ключевым фактором выступает внутриполитическая ситуация в США. В условиях тяжелейшей предвыборной кампании действующая демократическая администрация США заинтересована в максимально эффектных результатах борьбы с ИГ, что укрепит позиции кандидата от демократов.
Для достижения успеха в действиях против группировки США, применяющие в регионе в основном авиацию и малочисленные силы спецопераций, нуждаются в местных союзниках, обладающих эффективными сухопутными силами. Первоначально в Сирии подобным союзником стали курды, однако Анкара настойчиво предлагала свои услуги, по сути в обмен на турецкое участие в разделе Сирии.
После периода маневрирования между курдами и Турцией США постепенно начали делать приоритетную ставку на Турцию, осуществившую ввод своего контингента на территорию Сирии. В настоящее время Анкара в условиях молчания США относительно действий Турции против курдов настойчиво предлагает Вашингтону свои услуги при наступлении на столицу ИГ в Сирии город Ракку. Также и в Ираке Вашингтон постепенно склоняется как минимум к учету турецких интересов в Ираке, о чем свидетельствуют заявления главы Пентагона. В жертву в данном случае приносятся интересы центрального правительства в Багдаде, которое и так предельно ослаблено фактически запущенной дезинтеграцией страны.
ПРИ ЭТОМ НАДО ОТМЕТИТЬ И ВОЗМОЖНЫЕ ДОЛГОСРОЧНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ усиления турецкого вмешательства в Сирии и Ираке для самой Турции. Хотя Анкара получает возможность постепенно реализовать свой проект по созданию сферы влияния на Ближнем Востоке, в то же время Турция втягивается в сразу два сложнейших региональных конфликта, в которых рискует завязнуть надолго, особенно с учетом продолжающегося конфликта с курдами в самой Турции. Эти аспекты, скорее всего, учитываются в США, и в перспективе длительное вовлечение Анкары в сирийский и иракский конфликты может на практике ослабить позиции Анкары и сделать Турцию более покладистой и зависимой от курса США.
В то же время в рамках данных маневров Вашингтона в жертву продолжает приноситься региональная стабильность. На фоне фактического распада Сирии в Ираке Турция также преследует планы по фактическому расчленению страны. Так, в турецких СМИ отмечается возможность в перспективе проведения референдума в районе Мосула относительно принадлежности региона. В результате вовлечение Турции в операцию против ИГ в районе Мосула чревато ускорением процесса распада Ирака и его перерастанием в фактический раздел страны. В свою очередь США, опираясь на военную силу Турции и учитывая ее интересы в Сирии и Ираке, на практике приглашают Анкару принять участие в дальнейшей перекройке границ Ближнего Востока.
Давид Арутюнов, "Голос Армении"