В атмосфере сохраняющейся после президентских выборов в Соединенных Штатах неопределенности в Южно-Кавказском регионе и на фоне периодически звучащих со стороны Азербайджана угроз подписание договора о формировании объединенной армяно-российской группировки войск является крайне логичным и предсказуемым.
30 ноября в Москве подписав этот документ, министры обороны Армении и России закончили осуществляемые в последнее время подготовительные работы, которым Владимир Путин лично придавал большое значение и сам торопил процесс.
ТЕНДЕНЦИЯ УВЕЛИЧЕНИЯ РОЛИ АРМЕНИИ В РЕГИОНЕ И УСИЛЕНИЯ ее значения в глазах ее стратегического партнера России обусловлена значительным увеличением военно-политической активности Москвы на южном направлении. Подтверждением тому являются серьезные победы правительственных сил Сирии на севере страны, в Алеппо, новые попытки углубления российско-иранского военного сотрудничества и усиление сотрудничества официальной Москвы с Баку в Каспийском море.
Все это, будучи частями единого целого, очерчивает усиление позиций России на геополитическом узле, связывающем Ближний и Средний Восток, ключи от которого находятся в Армении.
Будучи замкнутым тупиком между Турцией и Азербайджаном на направлении восток - запад, геополитическое положение Армении в то же время предоставляет уникальные перспективы по направлению север - юг. Поэтому находящаяся в Армении военная база России в настоящее время перестает быть только крайней точкой всей системы обороны на южном направлении.
Договор о формировании объединенной армяно-российской группировки войск является попыткой сформировать сильный кулак в Южно-Кавказском регионе на основе крепкой опорной точки. Четвертый военный корпус Армении и 102-я военная база России будут перевооружены и модернизированы новейшими вооружениями, которые уже поступают в Армению. Это означает, что армяно-турецкая граница от Гюмри до Вайоц Дзора и граница между Арменией и Нахиджеваном будут под замком, который при необходимости будет открываться только с севера.
Понятно, что все это не могло не вызывать беспокойства Азербайджана, который с этой осени фактически лишился возможности начать широкомасштабную военную агрессию против Армении. Основной наступательной силой для этой цели рассматривалось военное подразделение, дислоцированное в Нахиджеване.
КОНЕЧНО, СТРАХУЯ СЕБЯ ОТ УГРОЗЫ ВЫБОРА В СЛУЧАЕ РАЗВЯЗЫВАНИЯ азербайджано-армянской широкомасштабной войны, Россия, таким образом, защищает свои национальные интересы, однако предотвращение военной угрозы объективно совпадает и со стратегическими интересами Армении и Нагорно-Карабахской Республики.
Параллельно с военным партнерством с Ереваном Москва не забывает об ускорении процесса урегулирования карабахского вопроса: чему свидетельством интервью Дмитрия Киселева с Сержем Саргсяном, в котором он попытался вытянуть ранее сказанные слова об освобожденных землях. За этим сразу последовало четкое напоминание Еревана о том, что "вопрос о возвращении Азербайджану какой-либо земли может обсуждаться только в случае определения статуса Нагорного Карабаха". Более того, в прозвучавшем 30 ноября разъяснении подчеркивается, что "особенно после апрельской войны нынешний статус примыкающих территорий, являющихся зоной безопасности, более чем оправдан, учитывая продолжительную и прямую опасность, угрожавшую народу Нагорного Карабаха".
Разъяснение, данное пресс-секретарем президента Армении Владимиром Акопяном, означает, что все эти зондажи останутся на уровне разговоров, пока Азербайджан не признает факт реализации права на самоопределение народа НКР. А остальное, как говорится, дипломатия, где Ереван и Москва понимают друг друга.
Хотя с подписанием соглашения о создании объединенной армяно-российской группировки войск вероятность широкомасштабной войны значительно уменьшается, но этим нисколько не ускоряет реализацию известной формулы урегулирования карабахского конфликта "без победителей и побежденных", поскольку Азербайджан продолжает преследовать принцип "все или ничего", оказываясь в итоге перед фактом сохранения статус-кво.
Означает ли это, что новый баланс сил на Южном Кавказе, создавшийся в результате формирования армяно-российской объединенной группировки войск, позволяет Армении лелеять надежды на более долгий и устойчивый мир? Считаем, что это будет зависеть не только от нынешних реалий усиления военного присутствия России в регионе, но и от позиции новой администрации Армении в этом вопросе, которая будет сформирована в 2017 году.
Вардан ГРИГОРЯН, ИноСМИ