В 1987 г. в Ленинакане проживало 234600 человек, через два года в городе было уже 178657 жителей. Так начался отток населения, который с годами достиг катастрофических размеров. В настоящее время, по официальным данным, в Гюмри 110 тыс. жителей, но 40 тыс. из них в отъезде: по заведенному порядку мужское население города выезжает на заработки, в течение четырех-пяти лет обустраивается в стране своего пребывания, после чего переводит семью к себе.
Уже в декабре 1988 г. производилась эвакуация населения, ленинаканцев заселяли в дома отдыха и санатории России. И тогда неразберихи было немало: один из моих знакомых, проживающий по ул. Кирова (ныне ул. Н. Рыжкова ), 7 лет безуспешно искал своего отца, страдающего в последние годы склерозом. Нашелся, его опознали по фотографии.
ЭМИГРАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ НОСИТ НЕОБРАТИМЫЙ ХАРАКТЕР, но в этом процессе были свои взлеты и спады: в 1992-1996 гг. из страны эмигрировало 65 тыс. гюмрийцев, что было связано с энергетическим кризисом, с 2008 г. из-за устоявшихся тяжелых социально-экономических условий город ежегодно покидают в среднем 3 тыс. гюмрийцев.
Гюмри покинули не только его бывшие первые лица, но и лучшие специалисты, город продолжает пустеть. При этом, отъезжающие в один голос заверяют, что, как только жизнь в Гюмри обустроится, они вернутся. Пока отчалившие приезжают в родной город, чтобы получить квартиру и повидать родных. Гюмри сегодня город закрытых дверей. А насчет обещаний вернуться? Это вряд ли, ведь от добра добра не ищут: в 1995 г. мой крестный отец со своей семьей переехал в Волгоград, где уже было немало гюмрийских семей, трудолюбивая семья занялась бизнесом, у нее сегодня в Волгограде свое собственное дело. В лучшем случае через несколько лет крестный приедет в Гюмри, чтобы продать свою трехкомнатную квартиру…
Землетрясение 1926 г. тоже было 9-балльным, тогда погибло 300 человек, что было связано с малоэтажностью александропольской застройки и ее сейсмостойкостью. Тогда в Ленинакане проживало 42313 человек, к началу Отечественной войны их было уже за 70 тыс. Чем мотивирован данный феномен? Дело в том, что после землетрясения город начал интенсивно застраиваться (жилые дома, заводы, фабрики, школы, больницы и т.д.), ему необходима была свежая рабочая сила, строители, приток людских ресурсов шел из окрестных сел.
Все премьер-министры РА считали своим долгом пообещать гюмрийцам золотые горы, но очень скоро эти горы становились холмиками речного песка. Все эти годы гюмрийцы "с пониманием относились" (Л. Тер-Петросян) к пустым обещаниям. Наиболее стойкие ждали и ждут.
Кто же остановит и вернет домой журавлиный клин пандухтов?
Юрий Арутюнян, "Голос Армении"