В своей развернутой речи-послании начавшему 18 мая свою работу парламенту нового созыва президент Армении Серж Саргсян отдельно коснулся нагорно-карабахской проблематики. В частности, он отметил, что в ходе предвыборной гонки были спекуляции на эту тему. Главным образом речь шла о некоторых заявлениях первого президента Левона Тер-Петросяна и бывшего министра иностранных дел Вардана Осканяна. Саргсян раскрыл некоторые подробности переговорного процесса. Приводим перевод части его речи касательно данной темы.
«В ходе предвыборной гонки была предпринята попытка реанимировать обсуждения по одному из давних предложений по теме Нагорного Карабаха. Попытка, естественно, не удалась. Утверждать, что в прошлом обсуждалось лучшее предложение, которое сегодня может стать ключом к решение, означает грешить перед реальностью.
А реальность в том, что документ от декабря 1997 года даже не претендовал на решение задачи, а, как было отмечено даже в самом его названии, был направлен на прекращение вооруженного конфликта. Это был своеобразным новым соглашением о прекращение вооруженного противостояния, дополненным миротворческими силами и некоторыми новыми положениями. Армянские стороны получали сомнительные гарантии безопасности и не менее сомнительные и туманные перспективы политического решения конфликта в обмен на непропорциональные уступки.
Сторонники это документа, как 20 лет назад, так и сейчас обвиняют своих оппонентов в стремлении сохранить статус-кво. Когда Баку обвиняет нас в желании сохранить статус-кво любыми способами, возможно, что это умещается в логику противника, но когда подобные из Армении не приемлемы.
Для нас приемлемо изменение статус-кво, но только и только в случае комплексного решения задачи. Армения неоднократно высказывалось в пользу компромиссного решения, суть которого в признании и реализации права Арцаха на самоопределение. Эта позиция была заключена в Казанский документ. Хотя он и был отвергнут Азербайджаном, но не был, как предыдущие предложения, отдан секретариату ОБСЕ на сохранение, а продолжает оставаться последним рабочим документом.
Да, на основе компромиссов, а не односторонних уступок, идя на поводу угроз Азербайджана начать войну. Да, мы не желаем сохранения статус-кво ни одного дня дольше. Мы не хотим отдать груз решения конфликта следующим поколениям, и именно на это направлены наши совместные со странами-сопредседателями усилия по разрешению конфликта.
Я не буду говорить о всех преимуществах Казанского документа над предыдущими предложениями, поскольку нарушу тайну переговоров. Только повторю, что до сих пор никто публично не смог точно представить тот вариант, который мы обсуждаем уже много лет.
Хочу обратиться еще к одному мнению. Считающий себя одним из соавторов Мадридского документа человек (Вардан Осканян — ИА REGNUM ) в предвыборный период признал авторство лишь одного из четырнадцати параграфов, остальных сделав сиротами. Своеобразное проявление родительского долга, тем более, что именно этот параграф вызывает серьезные вопросы. Согласно этому положению, юридический статус Арцаха должен был решиться путем плебисцита с отсылкой на мнение Международного суда от 16 октября 1975 года по поводу Западной Сахары. Заключение, которое до сих пор не реализовано, заключение, имеющее лишь консультативное значение.
Какое воздействие имело бы на разрешение Нагорно-карабахского вопроса ее сопряжение с вопросами деколонизации Африки, уравнение плебисцита с консультативным вопросом, остается только гадать, поскольку это вредное положение впоследствии было исключено из рабочих документов.
Вместо этого впервые в процессе разрешения конфликта было зафиксировано, что путем свободного волеизъявления народа Арцаха окончательное решение по юридическому статусу Нагорного Карабаха будет иметь обязательную юридическую силу. То есть обязательную и для Азербайджана, и гарантированную со стороны международного сообщества. В отличие от прежнего периода в рабочих документах зафиксировано также, что в разрешении конфликта решающий голос будут иметь и представители Арцаха.
Одним словом, четко и очевидно выявляется схема политического решения арцахского конфликта, по поводу чего в приступе искренности президент Азербайджана публично признался, что посредники навязывают ему решение о признании независимости Нагорного Карабаха. Именно в этом суть переговоров последних лет.
Апрельская агрессия прошлого года со стороны Азербайджана вновь доказала, что, как и в 1988 году, так и сегодня, единственно верный путь — это борьба за право народа Арцаха на самоопределение. Альтернативы реализации права самоопределения Арцаха и гарантирования безопасности ее народа не существует. Эта позиция четко проявляется в процессе переговоров. В этих основных положениях для нас неприемлемы определения с различными толкованиями.
Еще один важный момент, который беспрецедентен в истории карабахского процесса. Впервые, и право Арцаха на самоопределение, и определение обязательной юридической силы, и положение о наземной связи Арцаха с Арменией изложены в нескольких совместных заявлениях президентов стран-сопредседателей.
Конфликт до сих пор не разрешен не по вине Армении или стран-сопредседателей, а по вине Азербайджана, который тормозит переговорный процесс и который ратует за сохранение статус-кво и не скрывает этого. Сколько раз руководство Азербайджана утверждало, что время работает в их пользу и что им придется только ждать, когда подпитанная на нефтедолларах армия сможет решить задачу в их пользу?
Глубоко ошибаются те, кто думает, что стрелка часов крутится лишь по одну сторону линии соприкосновения. Мы желаем скорейшего мирного решения конфликта, но готовы и будем готовы любой ценой отстаивать нашу родину, наше достоинство и нашу свободу».
ИА REGNUM