Запланированный на сентябрь референдум о независимости Иракского Курдистана вызвал массу комментариев в Армении. При этом в выводах ряда экспертов выделялись два тезиса: о неизбежности провозглашения независимого курдского государства по итогам сентябрьского референдума, а также вывод о том, что процессы в курдской автономии Ирака напрямую окажут воздействие на борьбу курдов в Турции, усилив позиции последних.
МЕЖДУ ТЕМ ДУМАЕТСЯ, ЧТО РЕАЛЬНАЯ БЛИЖНЕВОСТОЧНАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ несколько сложнее отмеченных схем. На практике как в пользу дезинтеграции Ирака, так и сохранения страны в нынешнем виде действует ряд факторов, тесно связанных с геополитической ситуацией, а также текущими особенностями освободительного движения курдов в регионе. Попробуем выделить основные центростремительные и центробежные факторы. В первую очередь в случае с намеченным на осень референдумом пока под вопросом остается реальная нацеленность властей Иракского Курдистана на создание независимого государства и отделение от Ирака. Ранее карта референдума неоднократно использовалась Эрбилем в застарелых спорах с Багдадом лишь как средство усиления позиций автономии.
Нельзя исключать, что и на сей раз речь идет о подобном средстве давления с учетом того, что после все более вероятного поражения группировки ИГ в Ираке, скорее всего, будет иметь место активизация старых территориальных и экономических споров между Багдадом и Иракским Курдистаном. В этом плане примечателен комментарий влиятельного курдского политика, экс-министра иностранных дел Ирака Хошияра Зебари. По данным агентства Рейтер, он заявил, что ожидаемая победа на референдуме сторонников независимости усилит позиции Курдистана в переговорах с Багдадом, но не приведет к автоматическому разрыву с Ираком. "Референдум - это демократический процесс, ни одна демократическая страна не может выступать против проведения референдума, мы говорим не о независимости, мы говорим о референдуме ", - заявил политик.
Параллельно на серьезность намерений Эрбиля неизбежно будут влиять и реальные экономические перспективы возможного провозглашения независимости. На практике курдская автономия Ирака, лишенная выхода к морю, критически зависит в экономическом плане от Турции и Ирана. В случае неприемлемого для Анкары и Тегерана развития событий оба этих игрока технически вполне могут обеспечить полную экономическую блокаду нового государства.
ВПРОЧЕМ, ИМЕННО ДАННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ДЕЛАЕТ ВОЗМОЖНОЙ и более мягкую позицию Турции по вопросу о курдской независимости. Нельзя исключать, что Анкара может на определенном этапе относительно спокойно воспринять подобную перспективу применительно к Иракскому Курдистану именно с учетом критической экономической зависимости последнего от Турции. За последние десятилетия курдская автономия Ирака на практике превратилась в зависимую периферию турецкой экономики, что будет означать и относительную покорность и управляемость со стороны Анкары возможного формально независимого курдского государства.
При этом сомнительным является и возможность непосредственного воздействия курдского референдума в Ираке на внутреннюю стабильность Турции. Как уже отмечалось, в комментариях в Ереване озвучивался тезис относительно того, что референдум в Ираке непосредственно спроецируется на Турцию, обеспечив активизацию курдского движения и в этой стране. Между тем подобному развитию событий, скорее всего, помешает прежде всего исторически характерная для курдского освободительного движения географическая и политическая фрагментированность, которая на практике делает малореальной возможность создания единого курдского фронта в регионе.
Так, курдское движение в Ираке и Турции возглавляют принципиально разные в социально-политическом отношении субъекты. Если в Ираке доминирующую роль играет Демократическая партия Курдистана (ДПК), на практике во многом представляющая собой лишь внешнее оформление власти клана Барзани, то в Турции во главе курдского движения стоит Рабочая партия Курдистана (РПК), принадлежащая к левому крылу политического спектра и тесно встроенная в более широкое демократическое и антиавторитарное движение в Турции.
При этом отношения между двумя партиями являются довольно сложными: РПК в последние годы наращивает свое присутствие в Ираке, что вызывает беспокойство ДПК, а если курдская автономия Ирака, как уже отмечалось, поддерживает близкие экономические и политические контакты с Анкарой, то РПК в Турции в последние годы действует в режиме вооруженного противостояния с режимом Эрдогана. Не менее сложными являются отношения Эрбиля и с курдами в Сирии, где доминирует тесно связанная с РПК Партия демократического союза, реализующая в последние годы свой проект по формированию на севере Сирии федерального образования.
НАРЯДУ С ОТМЕЧЕННЫМИ АСПЕКТАМИ НА СИТУАЦИЮ ВОКРУГ ИРАКА в настоящее время влияет и целый ряд центробежных факторов, делающих вполне реальной дезинтеграцию этой страны. В первую очередь они носят внутренний характер и связаны с динамикой борьбы против ИГ. До сих пор противоречия между общинами в Ираке во многом сдерживались наличием общего противника в лице группировки ИГ. Однако все более вероятное уже в ближайшие месяцы военное поражение джихадистов неизбежно вызовет рост внутренних противоречий, связанных, в частности, с территориальным спором вокруг Киркука, а также намерением суннитской общины добиваться собственной автономии. Очевидно, что частью данного обострения станет и запланированный референдум о независимости Иракского Курдистана.
Вторым аспектом, способным дестабилизировать Ирак, видимо, станет нарастающая геополитическая борьба в регионе, в которую может оказаться встроен и курдский референдум. Ирак остается полем конкуренции между Ираном и противостоящими ему Израилем и монархиями Персидского залива. С учетом того, что в Багдаде в настоящее время доминируют шииты, пользующиеся поддержкой Тегерана, антииранский альянс может оказаться заинтересован в дезинтеграции Ирака. Так, Израиль ранее уже высказывался в поддержку курдской независимости, в последнее время также намечается интерес Саудовской Аравии к поддержке Иракского Курдистана.
При этом ключевой для судьбы Ирака может стать все же позиция США, которая после прихода к власти администрации Трампа остается во многом неопределенной. При администрации Обамы Ирак был полем своеобразного компромисса между Вашингтоном и Тегераном, действовавших на территории страны против группировки ИГ. США и Иран, по сути, сохраняли свои сферы влияния в стране, и данный компромисс позволял и Багдаду маневрировать между США и Ираном, способствуя определенной стабильности государственной конструкции Ирака.
Усиление при Трампе конфронтации с Ираном может негативно сказаться на Ираке в случае, если в Вашингтоне пойдут на превращение страны в поле конкуренции с Ираном. Это неизбежно приведет к усилению противоречий между основными общинами страны и, как следствие, сделает вполне реальной дезинтеграцию Ирака. С учетом наличия территориальных споров между основными общинами страны и отсутствия четкого разграничения между районами их компактного проживания на деле дезинтеграция Ирака вызовет лишь новый виток кровавого конфликта, который был запущен в этой стране после вторжения США в 2003 году.
Давид Арутюнов, "Голос Армении"