В Ереване завершился XIV Международный кинофестиваль «Золотой абрикос». Поскольку мне довелось быть у его истоков (я был членом одного из жюри на его самом первом выпуске), хочу поделиться размышлениями о том, как выращивать фестиваль в сложных политических и экономических условиях.
Фестиваль, основателями которого были режиссер Арутюн Хачатрян, мой старый друг (еще по Госфильмофонду конца 60-х годов минувшего века) Микаэл Стамболцян и киновед Сусанна Арутюнян, начинался очень скромно — как смотр армянского кино, правда, включая представителей армянской диаспоры по всему миру. Помнится, по итогам мероприятия я посоветовал сделать программу подлинно международной, по возможности, не теряя армянскую специфику.
Учитывая разной степени сложности взаимоотношения с соседями — Ираном, Турцией и, конечно, Азербайджаном, — «Золотой абрикос» не мог претендовать, подобно таллинским «Темным ночам», на роль регионального лидера и конкурировать с большими турецкими фестивалями в Стамбуле и Анталье. Зато ему открывались перспективы мирового резонанса, подкрепленные экономическим и творческим влиянием соотечественников за рубежом, от Шарля Азнавура и Атома Эгояна (ставшего президентом фестиваля) до миллиардера Кирка Керкоряна, долгое время владевшего знаменитой голливудской компанией Metro Goldwyn Mayer.
Особо хотелось подчеркнуть, что организаторы «Золотого абрикоса» не стали завоевывать мир «одним ударом». Фестиваль наращивал авторитет постепенно, шаг за шагом, опираясь на творческую репутацию своего лидера — Арутюна Хачатряна, фильмы которого завоевывали одну международную премию за другой, и постоянную команду.
Со временем здесь появился рынок копродукций, удалось невозможное — создать постоянно действующий армянско-турецкий семинар, международную платформу общения и сотрудничества кинематографистов. Полупустой поначалу четырехзальный фестивальный кинотеатр «Москва» теперь в дни фестиваля живет бурной жизнью, хоть и уступает по аудитории московскому «Октябрю».
Наибольшую зависть вызывает демократическая дружеская атмосфера, объединяющая всех участников и гостей с местной аудиторией, что особенно трудно дается большим фестивалям в киностолицах мира, где звезды, миллионеры и начальники жестко отделены от «народа» бдительными секьюрити. Именно творческая атмосфера побуждает зарубежных кинематографистов вновь и вновь возвращаться в столицу Армении в жаркий июль месяц.
В этом году председателем основного международного жюри был британский режиссер, лауреат нескольких «Оскаров», живой классик Хью Хадсон. Его жюри присудило главный приз индийской драме на языке малайалам «Сексуальная Дурга», уже удостоенной призов нескольких международных кинофестивалей, от Роттердама до Иваново (фестиваль «Зеркало»). Это решение подверг зубодробительной критике завсегдатай «Абрикоса» Алекс Делеон — американский критик, ныне живущий в Будапеште. Не могу отказать себе в удовольствии процитировать этот пассаж, который не вызвал никакого скандала, что неминуемо произошло бы у нас или в Каннах.
«Призы международного жюри в Ереване-2017 вновь подтвердили, что фестивальные премии, как и голливудские «Оскары», практически ничего не значат. Золотое жюри, состоявшее из таких выдающихся кинематографистов, как англичанин Хью Хадсон, Ильдико Энеди из Венгрии и Чиро Герра из Колумбии, назвало лучшим индийский кинематографический трэш «Сексуальная Дурга», в то время как жюри Международной федерации кинопрессы отдало предпочтение другому исследованию скуки — иранскому фильму «Целостная личность». Против обоих фильмов аудитория проголосовала ногами. Ереванские зрители наградили абсолютно несексуальный и чрезвычайно муторный фильм «Сексуальная Дурга» наибольшим за неделю числом побегов с просмотра», — пишет Алекс Делеон.
К счастью, непримиримый критик оставил без внимания выступление другого члена жюри, Алексея Федорченко, объявившего о присуждении специального диплома фильму «Вестерн» о немецких гастарбайтерах в Болгарии.
Парадокс состоит в том, что столкнулись сверстники — и Хью, и Алексу по 85 лет. Сразу скажу, что я в большей степени согласен с жюри, чем с критиком. Мрачная и садистская южноиндийская лента действительно испытание для зрителей, но это не делает ее менее выдающимся произведением киноискусства. Я собирался включить эту картину в программу Московского МКФ «Кино регионов Индии» и был, честно говоря, раздосадован, когда ее перехватило «Зеркало», хотя продюсеров и экспортеров понять можно: конкурс в их глазах всегда предпочтительнее внеконкурсного показа, тем более что и у нас «Дургу» ожидал очередной приз.
Что касается картины Мухаммада Расулофа «Целостная личность», то это своеобразный иранский вариант «Левиафана» Андрея Звягинцева, хотя здесь жертве произвола удается отстоять себя и свою семью, пусть и ценой преступления.
В целом программа «Абрикоса» была достаточно сильной, во многом за счет фильмов уже показанных на других фестивалях. И в международной, и в армянской панораме преобладало кино социальное, даже публицистическое — как показанный на церемонии закрытия документальный фильм молодого режиссера Джо Берлиндера «Намеренное уничтожение» о незаживающей травме геноцида армян в 1915 году.
Ну а зрители, как всегда, предпочитали надежды и страдания близких им по духу людей. Поэтому не удивительно, что наибольшую популярность среди внеконкурсных картин завоевали российские ленты — победитель «Кинотавра» фильм «Аритмия» Бориса Хлебникова и лауреат многих фестивалей дебют Ольги Веремеевой «Прикосновение ветра».
Кирилл Разлогов, российский киновед и культуролог
https://iz.ru/