В Тегеране состоялась инаугурации президента Ирана Хасана Рухани, избранного на второй срок на прошедших в мае выборах. Ранее пресс-секретарь МИД Ирана Аббас Арагчи сообщал, что на церемонию вступления в должность были приглашены главы многих европейских стран и даже США. А глава пресс-службы иранского парламента Голам Реза Месри уточнил, что участвовать в церемонии могут «все страны, кроме Израиля».
По сообщению Tasnim News Agency, на инаугурацию прибыли 8 президентов, 9 вице-президентов и вице-премьеров, 11 министров иностранных дел и 19 спикеров законодательных палат. При этом иранское ИА IRNA особо выделило визит «вице-премьера России Дмитрия Рогозина, высокого представителя Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности Федерики Могерини, председателя Президиума Верховного Народного Собрания КНДР Ким Ён Нама и представителей таких стран, как Палестина, Южная Корея, Молдавия и Ливан». От Закавказья на уровне глав государств был представлен только президент Армении Серж Саргсян.
Накануне азербайджанское издание Trend News Agency, подчеркивая, что «если до этого в качестве иностранных представителей на инаугурации президента Ирана присутствовали только руководители аккредитованных в Тегеране представительств, а сейчас приняли приглашение и ответили согласием на участие высокопоставленные лица более 40 государств, президенты десяти государств, руководители парламентов пяти государств», явно намекало на возможность присутствия на этой церемонии и президента Азербайджана Ильхама Алиева. Но этого не произошло. Баку в Тегеране представлял председатель Милли Меджлиса Огтай Асадов, что создало определенную региональную интригу со многими сюжетами и оценками.
Так получилось, что инаугурация президента Рухани хронологически совпала с введением Конгрессом США санкций против России, Ирана и КНДР. По всем признакам, такой зигзаг американской дипломатии в отношении Тегерана не стал новостью для Азербайджана. В Баку поняли, что в Закавказье возвращается «эпоха Буша — младшего», когда санкционный режим, принятый Западом, блокировал развитие энергетического потенциала Ирана, выводя Азербайджан чуть ли не в качестве главного энергетического игрока на Каспии. Нынешняя санкционная вилка США в отношении России и Ирана суживает возможности Баку для маневрирования между Москвой и Тегераном, прямолинейно выводя его на Турцию, которая сама переживает «смутное время».
Теперь обозначим реализованные и осуществляемые Азербайджаном на западные деньги транспортно-энергетические проекты: действующий нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан, газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум, железнодорожная магистраль Баку-Ахалкалаки-Карс. Возможный запрет на сотрудничество Азербайджана с Ираном в энергетической и других сферах может свести на нет или заморозить проекты транспортного коридора Север-Юг, к которому, кстати, намерена подключиться и Россия. Что взамен? Не случайно, американские эксперты стали открыто заявлять, что Вашингтон готов изменить политику в формате Минской группы ОБСЕ по урегулированию нагорно-карабахского конфликта в пользу Азербайджана, а в случае неудачи — даже выйти из ее состава.
При этом однозначно дается понять, что для Баку ставка на Евросоюз, который выстраивает иную политику в отношении Ирана, не имеет особой перспективы, поскольку в Брюсселе в отношении Нагорного Карабаха будут придерживаться прежней стратегии. Более того, Вашингтон дает понять Азербайджану, что санкционный пакет против Тегерана направлен, с одной стороны, на срыв ядерной сделки Ирана с «шестеркой» (не важно, с чьей стороны последует инициатива, главное чтобы был предлог — С.Т.), с другой — на укреплении влияния в Иране в противовес Рухани лагеря так называемых консерваторов. Объективности ради отметим, что у Вашингтона на этом направлении кое-что получается. Эксперты уже фиксируют факт «радикализации политического истеблишмента» Ирана, а президент Рухани не может сформировать правительство только из своих сторонников.
В этой ситуации отсутствие президента Азербайджана Алиева на инаугурации Рухани в Тегеране объяснимо, но только время покажет, насколько этот шаг окажется для Баку перспективным с точки зрения оценки ситуации в Закавказье и на Ближнем Востоке. В это время иную политику в отношении Ирана осуществляет Армения и ее президент Саргсян. Нетрудно предположить, что стоит на кону для Еревана, который понимает, какую очевидную геополитическую подоплеку имеет происходящее. Там видят, что США системно ставят Азербайджан по отношения к Тегерану в новые условия выбора в условиях, когда парадоксально шиитский Иран поддерживает христианскую Армению в условиях открытых и скрытых проблем с шиитским Азербайджаном, который ориентируется на суннитскую Турцию.
Еще один парадокс. До начала XIX века территория Закавказья, где потом были созданы государства Азербайджан и Армения, входила в состав Персидской империи в виде ханств. Но, пожалуй, только армянам удалось сохранить позитив в общей истории с иранцами, превратить свои отношения с Ираном в «особые». Для Еревана такое состояние отношений с Ираном создает возможность идти на заключение экономически взаимовыгодных проектов и получать политическую поддержку со стороны Тегерана, что немаловажно в условиях практически тотальной экономической блокады. По территории Ирана проходят и могут проходить транспортные маршруты, связывающие Армению с внешним миром: с Азией и с Персидским заливом и всем Ближним Востоком, а Тегеран с Евразийским экономическим союзом.
Третий парадокс. Христианская Армения находит поддержку, с одной стороны, в христианской Европе, с другой — через Иран в исламском мире, тогда как Баку позиционирует себя больше в качестве «исламского» государства. Перспектива для Армении видится вполне приемлемой и выигрышной, что рано или поздно не могут не признать в Азербайджане. Ведь не случайно и то, что на инаугурации президента Рухани присутствовала Могерини, влиятельные страны-члены Евросоюза рассматривают перспективы развития торгово-экономических связей с Ираном, а Франция под руководством президента Эммануэля Макрона взяла на себя инициативу осудить экстерриториальные последствия нового американского законопроекта о санкциях против Тегерана. Так что хотя на иранском направлении дипломатия Еревана работает на уровне потенциальных рисков испортить отношения с США, очевидно, у Армении есть свои запасные ходы.
Таким образом, инаугурация президента Рухани с точки зрения уровня представленных на ней зарубежных гостей раскрывает любопытную политическую и геополитическую интригу и обнажает в определенной степени проблемы и возможные новые направления мировой и региональной политики. Станет ли Азербайджан «западным бастионом под носом у Ирана» и сбудутся ли прогнозы американского издания The American Interest, заявляющего, что «в ближайшее время перемен следует ожидать, скорее всего, в Закавказье, которое было и остается местом встречи»? Что выберет регион — быть мостом или барьером между востоком и западом, севером и югом, между Европой и Азией и между Россией и Ближним Востоком? События развиваются.
Станислав Тарасов, https://regnum.ru/news/2307461.html