Руководитель Sputnik Армения Дмитрий Писаренко побеседовал с Александром Григоряном перед закрытием "коммуникационного окна" футбольного тренера. Первый вопрос, вопреки законам жанра, задал собеседник. Тренер московского "Арарата" поинтересовался, о чем пойдет речь, объяснив это намерением взять вскоре паузу в общении с журналистами.
— Вы возглавили команду под названием "Арарат" и одержали победу в первом же матче. Стало ли это событие историческим в вашей жизни? Вы нашли команду своей мечты?
— Не хочу глубоко копаться в своих чувствах и отвечать пафосно. Мне кажется, это не по-мужски. Но не буду скрывать — был удивлен, когда понял, что стану наставником команды, за которую болел всю жизнь. Да, это не ереванский "Арарат". Но само название говорит за себя. Для нас же Арарат — не просто футбольный клуб, это гораздо глубже. Многие недоброжелатели прикалываются, где армяне, и где сейчас Арарат. Арарат и есть воплощение Армении, независимо от того, на чьей территории гора находится.
— У вас есть интерес к армянской истории?
— Вы хотите, чтоб я рассказал, как у меня наворачиваются слезы, когда я слушаю дудук и смотрю на гору Арарат? Конечно, армянам сентиментальность не чужда, как и гипертрофированная гордость за соотечественников, которые чего-то добиваются в своей жизни. Мы же все следим за этим внимательно. Были времена — и не так давно — когда моя мама, царствие ей небесное, говорила, что если б я сменил свою фамилию на ее — Кузнецов, то мог добиться большего. В ее словах была большая доля правды, но сейчас времена изменились. В моей семье по армянской линии дедушка был известным ученым-биохимиком, а бабушка, Флора Агасарян, известной детской писательницей. Мужчинам нашего рода традиционно давали армянские имена – Ованес, Меликсет. А вот моего отца назвали Виталием. Они были чистокровными армянами, но к русским всегда относились с благодарностью за ту помощь, оказанную нашему народу в тяжелые времена.
— Армянским владеете?
— До семи лет жил в Ереване, родился там. Второй Норкский массив, знаете? В детстве разговаривал по-армянски. Но после развода родителей мы с мамой уехали в Кисловодск. С тех пор практики не было. С отцом мы встретились снова спустя ровно 40 лет, когда мне исполнилось 47. Нашла сестра по отцу. Папа всю жизнь преподавал математику в Ереванском Государственном университете. Сейчас ему 81 год. Я приехал, когда мне Арман Саакян предложил возглавить "Ширак". Две недели пробыл в Гюмри, готов был приступить к работе. Но поступило предложение из Хабаровска, и я уехал. Когда наступит пауза в чемпионате, обязательно приеду в Ереван. Давно у отца не был. Признаюсь, что Армения меня очень впечатлила.
— А где и когда вас впервые впечатлил большой футбол?
— На стадионе "Раздан" в Ереване. Папа впервые взял меня на футбол. Это было в 1974 году. Наши играли с "Зарей" из Ворошиловграда (современный Луганск), которая стала чемпионом в 1972 году, а "Арарат" спустя год сделал "золотой дубль" – завоевал Кубок и выиграл первенство. На стадионе ощущалась потрясающая энергетика. Он был битком набит, над трибунами стояла завеса от табачного дыма. Так болели, что иногда мне — маленькому ребенку — становилось даже страшно от этих безудержных эмоций. Этот матч я запомнил на всю жизнь. Сыграли 1-1. Я всегда болел за "Арарат". Помню эпоху во главе с Хореном Оганесяном, Гамлетом Мхитаряном, Бабкеном Меликяном, Погосом Галстяном, с которым сейчас работаем. Он у нас старший тренер. Кто бы мог подумать? Я считаю, что Погос — один из самых талантливых трудолюбивых армянских футболистов своего времени.
— В Армении есть такая шутка: одного армянина в одном месте мало, а два — уже много. Это применимо к московскому "Арарату"?
— Знаете, есть анекдот. Во время войны боец кричит из окопа: "Сестра, сестра! Скорей сюда, меня скоро ранят!". Сильным личностям чужды сентиментальность и панические настроения. Я не хочу думать о негативном развитии событий. Если ты в чем-то сомневаешься, то нет никакого смысла участвовать в этом деле. В моей жизни очень часто случалось так, что когда собиралась группа единомышленников, то объединяющая идея не просто получала свое развитие, но и завораживала окружающих. Это очень важный момент.
— Голкипер "Тосно" Давид Юрченко, у которого армянские корни и которого до недавнего времени зазывали в сборную Армении, не удивился вашей отставке с поста наставника "Анжи", где он выступал в прошлом сезоне. При этом, он сказал, что вы странный человек…
— Инициатором ухода был я, и ничего в этом странного нет. Его ответ — всего лишь жалкая попытка мне отомстить. Честно говоря, я бы не хотел, чтоб у сборной Армении был такой вратарь. Говорить на эту тему больше ничего не буду.
— Как Вам игра нынешней сборной Армении?
— Команда испытывает не лучшие времена. Прошло не так много времени с тех пор, когда мы наслаждались ее игрой. Гордились и качеством, и результатами. Желанию болельщикам набраться терпения, а от игроков сборной будем ждать максимальной самоотдачи. Генриху Мхитаряну, как человеку, ответственно воплощающему сегодня армянскую футбольную мечту, желаю всего наилучшего.
https://ru.armeniasputnik.am/