У каждого из нас, из ныне живущих армян, есть своя особая, отдельная дорога к Независимости, к ее пониманию и, если можно так выразиться, осязанию. И в то же время дорога эта общая, единая для всех. Дорога длиною в целое тысячелетие, в целую жизнь и в то же время дорога коротенькая, промелькнувшая в одно мгновение и в одно дыхание.
Когда знаешь, "камо грядеши", все становится гораздо легче
Мы целую вечность шли к своей независимой государственности. Ошибались, оступались, падали и вновь вставали. Царапали и разбивали в кровь локти и колени на перевалах и крутых поворотах цивилизации. Мы и сейчас еще часто падаем и встаем. Сперва — на четвереньки, потом – в полный рост. Распрямляем плечи, всматриваемся вдаль, находим правильное направление и идем дальше.
К той самой цели, которая для каждого из нас своя, и в то же время она единая для всех. Общая, глобальная цель для небольшого, но отныне и навсегда закаленного в жестоких боях и смертельных схватках, народа.
Мы умудрились какой-то отрезок пути проскочить быстрее остальных, хотя пришлось тяжелее всех. Сама дорога к Независимости и Государственности для нас началась не в начале девяностых, как у остальных народов, населявших единую большую страну, а в феврале 88-го.
Когда, еще не ведая о грядущих испытаниях, народ каким-то внутренним чутьем понял, что надо сжаться в единый кулак, превратиться в особый механизм с самоуправлением. Суметь подсознанием определить свою конечную цель. Скорее – понять некую Сверхцель, "камо градеши"…
И самое главное, что эту сверхцель мы действительно смогли понять, осознать, воспринять. И именно поэтому и нашли в себе силы, чтобы пуститься в дорогу, полную трудностей, опасностей и вызовов.
Сейчас речь не о тех 26 годах, которые отмечаем сегодня. Они были славные. Они многое дали народу в плане развития и укрепления самосознания и высокой самооценки. Мы поняли и узнали, что мир с нами считается, что наше слово имеет вес в самых высоких международных инстанциях. Мы победили в смертельной схватке за свое будущее и укрепились в мысли, что способны на великие деяния. Но сейчас речь не об этом – сегодня отмечают 26-летие нашей Независимости, и слов обо всем этом с высоких трибун будет сказано предостаточно.
К старту в 1991 мы подошли подготовленными и духовно, и физически
Сейчас речь о том промежутке времени, который предшествовал нашей независимости. О тех трех годах, в которых поместилось столько всего. Светлого и славного, страшного и трагичного.
В эти года уместилось начало освобождения Нагорно-Карабахской автономной области, когда, будучи в своем и человеческом, и законном праве, мы вдруг поняли, что за это право предстоит схватка. Не с соседом, нет. Это мы как раз знали. Удивительным для нас стало понимание того, что драться придется и с мировым сообществом, которому не нужны лишние телодвижения, дискомфортные процессы, грозящие его мелкобуржуазному нутру. Мы смогли это преодолеть.
В эти годы уместилось страшное, разрушительное землетрясение декабря 88-ого, когда небо упало на землю, а скалы встали дыбом, впившись своими острыми зубцами в облака над Армянским нагорьем. Тогда мы поняли, что не одни на белом свете, что есть целые страны и народы (огромное множество стран и народов) которые искренне соболезнуют нашим потерям и нашей трагедии, готовы протянуть дружескую руку помощи.
В эти три года уместились и Сумгаит с Баку, когда мы узнали, каков он – звериный оскал недочеловеческой, животной, зверской злости и ненависти. За прошедшие до того 70 лет мы успели позабыть о том, что случилось с нашими дедами и прадедами. Умудрились поверить в какие-то цивилизационные нормативы, которые должно блюсти человечество. Это была наша ошибка, наша наивность. Но мы смогли оправиться от шока и продолжить свой нелегкий путь.
В эти три года поместилось и понимание того, что при любом раскладе свои проблемы необходимо решать самостоятельно. Если надо – и противостоять мощнейшему государственному механизму, с которым в Советском Союзе армяне, вроде бы, всегда были на "ты"…
Ан нет. Оказалось, что государственная машина владеет механизмом самосохранения, и тогда этот механизм заработал против нас. Но мы были в своем праве, и у нас хватило духу и сил это право защитить.
Мы первыми сломали стереотипы
На самом деле самое главное, что случилось в те три года, от 88 до 91-го, так это приход понимания, осознания той самой конечной цели — Сверхцели. Нам очень быстро удалось преодолеть стереотипы и раньше других дойти до старта, с которого в 91-м начали строить свою Независимость и Государственность пятнадцать отдельных стран.
Именно тогда мы почти с нуля стали создавать новые государственные механизмы, общественные и политические учреждения. Стали делать это очень успешно. Опыт прошедших столетий сидел в нашем подсознании, а три года борьбы за выживание закалили нас так, как никого другого на этом глобальном историческом старте. Именно это сознание потом, начиная с 92-го, даст нам шанс на поле битвы, и мы свой шанс используем сполна. Мы в первую очередь самим себе докажем, что хватает и силы духа, и своей правоты как в бою, так и в светлом завтрашнем дне. И это понимание поведет нас в атаку на фронте и даст выдержать удар тем, кто остался в тылу.
Кто не уехал туда, где светло, тепло, где богатые магазины и горячая вода из под крана… Не увез своих сыновей подальше от фронта, обеспечивая безбедное существование вдали от страны, где (и только тут) армяне — в своем праве.
Мы были готовы идти навстречу новым испытаниям. Мы и сейчас идем им навстречу с верой в свою правоту, потому что конечную, настоящую цель мы, в отличие от многих, знаем. Опыт этих трех лет дался нам дорогой ценой, и это был очень ценный опыт именно на старте. Этот старт наш действительно блестяще удался, и это было крайне необходимо, потому что….
…завтра началась война…
Арман Ванескегян, политический обозреватель Sputnik Армения