Сирийская война приобретает новое драматическое измерение. На севере страны турецкая армия проводит крупномасштабную операцию, по злой иронии названную «Оливковая ветвь». Временами за сутки в небо поднимаются до 72 самолётов турецких ВВС. Сотни единиц тяжёлой боевой техники подтянуты к границам контролируемого курдами района вокруг города Африн. Наметились отдельные участки прорыва. Курды отчаянно сопротивляются, но турки вряд ли отступят, ибо на кону престиж страны и лично Эрдогана. Мотивируется операция необходимостью пресечь массовое «террористическое проникновение» в Турцию со стороны Африна. Целью провозглашено создание «зоны безопасности» глубиной в 30 км, что предполагает занятие турецкими войсками всего данного кантона.
Удивляет, однако, что некоторые круги спешат возложить ответственность за происходящее на Россию, ссылаясь на выход накануне из Африна небольшой группы российских военных полицейских и советников. Дескать, тем самым они расчистили путь для вторжения Турции. К сожалению, с этими кругами солидаризовалось и руководство афринских курдов, словно забывшее, что Россия длительное время, пока это было возможно, удерживала Анкару от вмешательства.
Региональное отделение курдской Партии демократического союза – филиала действующей в Турции и признанной во многих странах мира «террористической» Рабочей партии Курдистана – сделало жёсткое заявление, из которого следует, что без разрешения глобальных держав, и прежде всего России, Турция не смогла бы вторгнуться в воздушное пространство над Африном. Поэтому Россия, будучи якобы партнёром Турции «в истреблении гражданских лиц», является в такой же мере ответственной за бомбардировки, как сама Турция. Спрашивается, а что должны были делать немногочисленные российские военные: прикрывать своими телами тех, кто до сих пор упорно отказывался внимать их советам?
Россия курдов не бросала. Она постоянно указывала им, что лучшим для них путём решения их национальной проблемы является сближение с Дамаском. Чтобы предотвратить вторжение Турции в Африн, курдским лидерам было достаточно согласиться с провозглашением над этим районом суверенитета центрального правительства. Даже символический ввод туда сирийских пограничников, поддержанный Россией, как это уже было в районе Манбиджа, остановил бы турок. Тем более что прямой связи между Африном и остальной частью восточной Сирии, контролируемой курдами, нет. Все коммуникации между этим кантоном и главными курдскими силами осуществляются через протяжённую территорию, находящуюся под контролем правительственной Сирийской арабской армии (САА). Даже сейчас, когда курды отвернулись от Дамаска, отклонив все его предложения, САА позволяет им перебрасывать подкрепления в Африн с восточного берега Евфрата. А сирийские государственные власти на международном уровне решительно осуждают вторжение Турции на свою территорию.
Безрассудное упрямство курдов объясняется просто. Они слишком уверовали во всемогущество и расположение к себе американцев. Пример ещё недавно процветавшего, а ныне утратившего и территории, и значительную долю своего экономического потенциала Иракского Курдистана их, похоже, ничему не научил. Уверенность в наличии поддержки США сирийским курдам придало заявление Пентагона о создании 30-тысячных пограничных сил в восточной Сирии, основу которых они рассчитывали составить. Дезавуирование этого заявления госсекретарём Тиллерсоном курдов не отрезвило. Они продолжили надеяться на противоречащих самим себе заокеанских союзников. И совершенно напрасно. Пентагоновское заявление сыграло роль главного спускового крючка для Турции, начавшей широкомасштабную «зачистку» Африна. При этом США, фактически спровоцировавшие эту операцию, не только ничего не сделали для её приостановки, но и знали обо всём заранее. Глава Пентагона Джеймс Мэттис в беседе с журналистами сообщил: «У Турции есть законные основания для обеспокоенности по вопросам безопасности. Анкара была предельно открытой и предупредила нас о воздушных ударах». Главное, по его мнению, то, что «американские военнослужащие, находящиеся в регионе, не пострадают от операции ВС Турции в Африне».
Этим всё и объясняется. Пентагону нет дела до интересов курдов. Он преследует в Сирии лишь собственные интересы. Никакой помощи от него курды Африна не дождутся. Глава Центрального командования вооружённых сил США (CENTCOM) генерал Джозеф Вотел турецкой операции словно не замечает, заявляя, что «военные источники особо не уделяют внимания данной зоне и не осведомлены о планах Анкары». Госдепартамент, правда, выразил озабоченность развитием событий в Африне, но при этом признал «законность» обеспокоенности Турции проблемами своей безопасности как союзника по НАТО и критического партнёра в борьбе с «Исламским государством» [организация, запрещённая в России. – Ред.]. Он лишь призвал Анкару к «сдержанности». Здесь стоит отметить, что какой-либо вклад Турции в войну ИГ вообще никак не прослеживается, если не считать, что большинство иностранных боевиков этой террористической организации прибыли в Сирию через турецкую территорию.
А ведь потеря Африна для судьбы самопровозглашённой курдской автономии Рожава в Сирии может оказаться не менее трагической, чем для иракских курдов утрата Киркука и его нефтяных полей. Афринские курды проживают в своём кантоне более тесно и имеют больше законных оснований для самостоятельности, чем остальная часть Рожавы, на три четверти заселённая арабами. Просто занять арабские земли не получится. Уже вспыхивающие протесты коренного населения будут лишь усиливаться, делая данное образование крайне неустойчивым. Потеря Африна приведёт также к тому, что полностью отрезанной от основного национального потока окажется наиболее обеспеченная и образованная курдская община Сирии, проживающая в Алеппо (до 300 тыс. человек). А главное, будут утрачены все перспективы обретения для Рожавы самостоятельного выхода к морю и другим странам. Она окажется в глухом геополитическом «мешке», в котором уже находится, хотя ещё полностью этого не ощутил, Иракский Курдистан. Государственность многомиллионного курдского народа вновь отодвинется в неопределённое будущее.
Официальный Дамаск резко осудил операцию Турции в Африне. Однако до определённого момента он даже может извлечь из неё некоторую выгоду. Пока турки сосредоточены в Африне, у Дамаска развязаны руки для разгрома джихадистских группировок вроде запрезённой в России террористической группировки "Хайат Тахрир аш-Шам" в провинции Идлиб. Именно сюда после поражения основных сил ИГ в южной провинции Дейр-эз-Зор переместился эпицентр боевых действий. В дальнейшем, если турки сохранят своё военное присутствие в Африне, опираясь по примеру американцев с их СДС на Сирийскую свободную армию, перед Дамаском могут возникнуть дополнительные препятствия на пути реинтеграции страны. Анкаре же следовало бы осознать, что подобные её действия побудят центральное сирийское правительство и его российских партнёров искать нового сближения с курдами. Последние, упёршись в ненадёжность американцев, волей-неволей будут вынуждены на это пойти. И тогда «курдская проблема» Турции лишь усугубится. Поэтому оптимальным для Анкары решением была бы передача Африна под контроль Дамаска. Хватит ли для этого у турецкого руководства стратегического чутья, покажет ближайшее будущее.
Дмитрий Минин, https://www.fondsk.ru/