Он, кажется, предусмотрел всё. За время нефтяного бума запасся современным вооружением, закармливал икрой благосклонность европейских политиков, задушил на корню внутреннюю оппозицию, сделал из собственного плебса орду зомбированных психопатов, мечтающих о реванше и реках армянской крови, способных поверить в любую ложь и оправдать любые, даже самые чудовищные, злодеяния, убил или изгнал лидеров и активистов из числа коренных народов, с помощью платных зарубежных писак, продажных организаций и международных шарашкиных контор типа ЮНЕСКО «узаконил» претензии своего кочевого племени на историю и культурное достояние тысячелетних цивилизаций, лично вынес системный запрет на публикацию потерь в рядах своей аскерни, заручился поддержкой подельника Эрдогана, а возможно, и не только его, выторговал у центров силы обещание не вмешиваться до успешного завершения блиц-крига и дождался темной ночи. И даже, как опытный тать-рецидивист, заготовил себе алиби в виде собственного нахождения в Вашингтоне.
Да, он, кажется, предусмотрел всё.
Кроме одного.
Что противостоять его орде будут потомки тех, кто уже обламывал ей зубы и 1905-ом, и в 1918-ом, и в начале 90-ых годов прошлого столетия. Урок папаши, спочковавшегося в россыпь каменных истуканов, как видно, не пошел потомственному дезертиру впрок.
... И вновь проступят строки событий, начертанных на скрижалях Истории. И все повторится заново.
И опять будут убитые дети. Только на этот раз не ятаганом, а «Градом». И опять будут зарезанные старики и изуродованные пленные. И скажет поэт: «Я думал, что за прошедшие годы турки хоть немного излечились от своего зверства, а они вообще встали на четвереньки»…
Но вновь, как и сто, и двести, и тысячу лет назад, вчерашние пацаны обернутся яростными львами на склонах Армянских гор, и отбросят ночные группы элитного спецназа, натасканные анкарскими инструкторами, и остановят танковые подразделения, прикрывающие марш новых старых головорезов и людоедов. И приехавший из России служить на Родину юный армянский парнишка, еще только осваивающий родной язык, из обычного подствольного гранатомета свалит на землю модернизированный экспортный вертолет. И арцахский пастух, балагур и матерщинник, из обычного охотничьего ружья прервет полет самого современного, напичканного новейшим оборудованием и стоящего не одну тысячу долларов, израильского дрона. И командир роты, видя, что его ребята вот-вот окажутся в окружении, отошлет их в тыл, а сам дождется приближения врагов и подорвет себя гранатой — вместе с ними…
И будут гореть вражеские танки и «солнцепеки», падать вертолеты и сотнями отправляться в преисподнюю вражеские аскеры. И окажутся бесполезными все их «Смерчи» и «Грады».
И стар и млад, крестьянин и интеллигент, рабочий и бизнесмен, житель города и сельской глубинки, в качестве добровольцев будут осаждать военкоматы и пункты призыва, просить и требовать, чтобы их направили на фронт. И обижаться на отказ из-за отсутствия необходимости в таком количестве людей, рвущихся в бой. И на трассах в Арцах образуются автомобильные пробки…
А на противоположной стороне опять начнется паника, и тоже возникнут пробки на дорогах, но только по совсем иным причинам. И из республики будут высланы российские журналисты, которые своими глазами увидят эту панику и животный страх. И опять будут потоки лжи, привычная истерика и воззвания к международному сообществу с мольбою повлиять на армян. И опять будут просьбы о перемирии.
И понурившийся дезертир, угробивший сотни людей, десятки единиц боевой техники и инфраструктуры, но не продвинувшийся ни на метр, приедет в госпиталь к раненным молодым туркам, которых сам же и отправил на бойню, и будет, топчась в дверях, с брезгливой наигранностью справляться об их здоровье.
И отдельные правдивые статьи в прессе и отдельные правдивые характеристики происходящего, высказанные отдельными политиками, вновь будут погребены под лавиной паритетных призывов к благоразумию, ни к чему не обязывающих дежурных фраз и водружении на одну чашу весов палача и его не состоявшейся жертвы.
Мир, в котором все продается и покупается, где справедливость и честь — лишь пустые звуки, с легкостью заглушаемые шелестом купюр и бульканьем нефти, нисколько не изменился за прошедшие десятилетия. Скорее наоборот: стал еще более лживым и циничным.
Но у нас не было и нет иного выбора. Это наша Родина, завещанная нам дедами и сохраненная для нас нашими отцами. Родина, которую мы отстояли в прошлой войне и которую передадим своим детям.
Впрочем, о чем я говорю? Наши дети уже доказали, что мы можем быть спокойны за Армению. Ее судьба и ее будущее, как и прежде, в надежных руках.
© Пандухт, https://pandukht.livejournal.com/