После того как президент США Дональд Трамп объявил о выходе США из соглашения по иранской ядерной программе, официальный представитель Белого дома Сара Сандерс сообщила, что Вашингтон готовит новые санкции против Ирана. О них будет объявлено на следующей неделе.
Тегерану, правда, к санкциям не привыкать. Поэтому внимание многих экспертов сейчас приковано к Пентагону, который, по намекам многих американских СМИ, разрабатывает различные сценарии возможных военных действий против Ирана на случай провала или малой эффективности экономических санкций. На наш взгляд, озвучивание их призвано держать в напряжении как Иран, так и весь Ближний Восток, а также партнеров американцев, которые осудили выход Вашингтона из ядерной сделки. Определены и первые плацдармы, с которых могут начать предпринимать определенные военные акции — это Саудовская Аравия, государства Персидского залива, Израиль. Кстати, последний ракетный удар Израиля по иранским объектам в Сирии, возможно, есть сюжет из этой серии.
А вот вторым плацдармом называют государства Закавказья. Но только те, которые имеют «продвинутые» отношения с НАТО и США. В первую очередь речь идет о Грузии, которая уже давно превращена в инструмент западной политики в регионе. Она «актер» второго плана — США могут использовать ее территорию в случае необходимости в качестве тыловой опоры. В последние годы Вашингтон не случайно выделял Тбилиси значительные суммы на реконструкцию военных аэродромов в Вазиани и Марнеули, а также порта Батуми. Правда, у Грузии нет общей границы с Ираном, а Армения вряд ли даст согласие на пролет, но ведь есть воздушный коридор через Азербайджан. В этом случае американцам придется договариваться с Баку. Между Азербайджаном и Ираном действует соглашение, согласно которому они не должны действовать против интересов друг друга. Но, как говорится, в американском «хозяйстве» все пригодится.
Баку, как и Тбилиси, имеет опыт военного сотрудничества с США и НАТО в Афганистане. О таком ходе событий предупреждает бывший министр финансов Азербайджана, профессор Фикрет Юсифов. Во-первых, он отметил, что «экономические санкции поневоле окажут влияние на сотрудничающие с Ираном страны, в том числе и на Азербайджан». Во-вторых, «война против Ирана не может стороной обойти и Азербайджан», и «такая ситуация нарушит мир и стабильность в регионе, вплоть до возникновения нового горячего очага». Проблема тут в том, что, как считают бакинские политологи Ильгар Велизаде и Зардушт Ализаде, «отношения Ирана и Азербайджана никогда не были «глянцевыми» и всегда имели сумму противоречий, но противоречия отходили на второй план, так как вперед выходили прагматические интересы двух стран». Однако у США всегда был соблазн разыграть «азербайджанскую карту», учитывая, что в Иране проживает азербайджанцев больше, чем в самом Азербайджане.
Не случайно Баку в сложившейся ситуации отказался от позиции «и — и». Глава пресс-службы МИД Азербайджана Хикмет Гаджиев заявил, что Баку «всегда поддерживал ядерную сделку Ирана с G5+1 (США, Великобритания, Россия, Китай, Франция и Германия)». Как ни крути, но это выбор, который иначе определяет расстановку сил в регионе. Удивительным образом Азербайджан оказался в одном ряду на этом направлении с Россией, Китаем и Европейским союзом. Конечно, и с Турцией, которая также не поддержала действия президента США Трампа, и вне коалиции Израиля и арабских стран, которые поддерживают сейчас Вашингтон. Теперь остается дожидаться того, как на это станут реагировать американцы. Пока что США не вводили санкции против совместного азербайджано-российско-иранского проекта «Север — Юг», который сулит немалую прибыль Азербайджану, Ирану и России и выгоден и Европе. Не трогают и проекты разработки азербайджанского газоконденсатного месторождения «Шахдениз» и «Южный поток», хотя они находится в поле зрения Трампа.
Но это только пока. Ведь Вашингтон перестают волновать проблемы обеспечения энергетической безопасности Европы, и в этой связи энергетическая логистика в регионе Закавказья неинтересна США. Что касается Азербайджана, то он для американцев сейчас может выступать в роли стратегического партнера только при определенных условиях, продиктованных из Белого дома, несоблюдение которых может осложнить военно-политическую ситуацию вокруг республики. А что для Баку может стать альтернативой? Скоро станет ясно, в чем именно заключается главная цель Вашингтона, объявившего о выходе из ядерной сделки с Тегераном. Прогнозы делаются самые разные, но отнюдь не оптимистические. Как заявил и.о. министра иностранных дел России Сергей Лавров, «безусловно, мы будем добиваться, во-первых, чтобы это не разрушило» ядерную сделку и, «во-вторых, мы будем добиваться того, чтобы не было какого-то экстерриториального влияния на других партнеров Исламской Республики Иран».
Посмотрим, что из этого выйдет.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM