Известно, маршал Баграмян любил бывать в Армении, но принимать у себя Баграмяна Армения любила еще больше.
Семидесятые годы прошлого века, прославленный маршал приезжает в Кафан (написание того периода), встречается с восторженными горожанами, после чего местные власти устраивают в честь гостя обед. В дословном переводе с армянского на русский это звучит просто и честно: «разделить кусок хлеба».
Понятно, что к «куску хлеба» прилагались закуски (зелень, овощи, приправы), неизменный ишхан, мясо в жареном и вареном исполнении, в зависимости от ностальгических воспоминаний гостя предлагались сугубо национальные блюда (чаще всего толма, если дело было летом и (или) хаш, когда зимой).
Отдельно фрукты и, разумеется, прославленный армянский коньяк. Отдельно вина и прохладительные напитки. Все главным образом местного происхождения и приготовленное с душой.
В этом смысле Кафан мало чем отличался от других городов Армении, включая столицу, где меню для высоких гостей составлялось примерно в том же ключе, однако, в Ереване приглашенных к столу, как правило, бывало больше, что отражалось на последней строчке предъявляемого устроителям банкета счета.
Для лучшего понимания финансово-отчетного момента: в случае приема в республике официальных гостей ЦК Армении выносило специальное решение, где отдельной строкой значилось: «Расходы по приему и обслуживанию (далее страна, глава делегации и др.) отнести за счет резервного фонда Совета министров Армянской ССР». Эта замечательная строка решала все финансовые вопросы и заботы, при этом так называемые официальные гости именуемых мало кого интересовали.
Другое дело маршал Баграмян. Его любили, уважали и чтили все без исключения армяне и каждый из любящих уважающих и почитающих счел бы за честь пригласить его в свой дом и усадить за свой стол. В Кафане же стол был накрыт по другой схеме, но опять же, от всей души!
А дальше произошло то, что произошло. Едва успел Баграмян вернуться в Москву, как в «Правде» появилась заметка с подробной калькуляцией блюд, предложенных маршалу в Кафане и размером ущерба, нанесенного государственному бюджету Армянской ССР. Мол, да, гость, конечно, знатный, но выкаблучиваться перед ним за государственный счет партия не то что не велит, а решительно осуждает. Заметку прочитали все армяне, и все восприняли как плевок в душу.
В стране набирала обороты новая кампания. На этот раз по ограничению излишеств, связанных с нецелевым использованием государственных средств и тут, как раз в струю, кто-то и настучал: Армения устраивает излишне щедрые банкеты…
Дальнейшее развитие событий легко представить. Письмо из ЦК КПСС в «Правду», из «Правды» задание своему собкору по Армении, собкор, лицо подневольное, пишет то и так, как и что написал. Но это точно были не лучшие строчки коллеги.
…Спустя несколько дней в исполком городского совета города Кафана пришел почтовый перевод. Из Москвы. От маршала Советского Союза, дважды Героя СССР Ивана Христофоровича Баграмяна. В графе «сумма прописью» значилось ровно столько, сколько согласно калькуляции было израсходовано на званый обед в Кафане. Копейка в копейку.
P.S.: Баграмян на Армению не обиделся. Он был мудрым человеком и понимал, откуда у этой скверной истории росли ноги. Впоследствии еще не раз и не два приезжал в Армению, где его имя носил один из административных районов республики, три села, станция метрополитена, одноименный проспект, на котором сегодня стоит памятник.
Из любопытного. 2 июля 1981 года бронзовый бюст Баграмяна был установлен в Азербайджанской ССР в городе Кировабаде, напротив здания техникума, в котором Баграмян учился в молодые годы. В 1988 году бюст был, мягко говоря, демонтирован.
Сергей Баблумян