Сформированный при премьер-министре Роберте Кочаряне политсовет после отставки Тер-Петросяна с поста президента потребовал незамедлительно внести изменения в "скроенную по Левону" Конституцию. Оппозиционные силы делали упор на то, что Основной Закон был принят ценой тотальных фальсификаций.
5 ИЮЛЯ 1995 г. ИЗБИРАТЕЛИ ПРОГОЛОСОВАЛИ НЕ ТОЛЬКО ПРОТИВ ВОЗГЛАВЛЯЕМОГО АОД предвыборного блока "Республика", но и против проекта Конституции, который вынесла на всенародный референдум правящая сила. Напомню, что референдум и парламентские выборы состоялись в один день.
Кочарян не стал потакать политсовету: Референдум по внесению поправок в Основной Закон состоялся спустя 10 лет, 27 ноября 2005 г. Поправки предусматривали сбалансирование полномочий ветвей власти, формирование системы "сдержек и противовесов". Они ограничили право президента на роспуск парламента, повысили роль парламента в формировании состава правительства, отменили запрет на двойное гражданство и проч.
Несмотря на это, оппозиция в стенах парламента и за его пределами выступила против поправок, вызвав тем самым удивление европейских экспертов. Впервые на их глазах оппозиция сопротивлялась намерению президента сократить собственные полномочия! Разумеется, активнее всех против реформы Основного Закона выступило окружение Тер-Петросяна. Соратники экс-президента кричали на всех углах, что Конституция помогла преодолеть кризис власти, возникший после расстрела в парламенте 27 октября 1999 г., а потому, дескать, в реформе не нуждается…
Следующий референдум по внесению изменений в Конституцию состоялся в 2015 г. При этом представители оппозиции говорили о недопустимости менять Конституцию каждые 10 лет. После революции "мира и согласия" премьер-министр Никол Пашинян объявил, что в Основном Законе необходимы изменения по части сбалансирования полномочий ветвей власти и сокращения полномочий "суперпремьера". После этого заявления те, кто выступал против реформы Основного Закона каждые 10 лет, с пеной у рта принялись кричать о том, что Конституция нуждается в безотлагательной реформе здесь и сейчас.
КСТАТИ, СТАТЬЯ 4 ДЕЙСТВУЮЩЕЙ КОНСТИТУЦИИ ОЗАГЛАВЛЕНА "Принцип разделения и баланса властей", она состоит всего из одного предложения: "Государственная власть осуществляется в соответствии с Конституцией и законами – на основе разделения и баланса законодательной, исполнительной и судебной ветвей". В подходах, которые были озвучены после революции, доминировало не профессиональное, а эмоциональное начало: кто-то объявил, что действующая Конституция больше напоминает военный устав, кто-то сказал, что целью поправок было продление полномочий Сержа Саргсяна на посту руководителя государства, словом, на слуху был всем известный дежурный набор критики в адрес предыдущей власти.
В этой ситуации президент Армен Саркисян поспешил объявить, что рабочая группа специалистов уже трудится над проектом изменений в Конституцию, из правительства сразу ответили, что ничего о рабочей группе не знают. Поспешность президента понятна: он рассчитывает на то, что предполагаемые изменения расширят его конституционные полномочия, одним словом, ситуация напоминает ту, что сложилась после отставки Тер-Петросяна. Тогда, 3 февраля 1998 г., Конституции было всего 3 года. После референдума 2015 г. тоже прошло 3 год. Насколько целесообразно вносить изменения в Основной Закон, который еще толком не показал себя в работе и отнюдь не является преградой для кардинальных реформ новой власти во всех сферах жизни?
Некоторые специалисты считают, что эти изменения необходимо внести незамедлительно, и даже предлагают совместить разработку проекта изменений в Основной Закон с разработкой проекта нового Избирательного кодекса. Это предложение основано на том, что для избавления от пресловутой системы бонусов в ИК необходимо избавиться от конституционного требования стабильного большинства. Другие считают, что к реформе Основного Закона следует приступить сразу после внеочередных парламентских выборов. Прозвучало даже мнение о том, что действующая Конституция нуждается в коррективах потому, что декларирует наличие власти, которая опирается на политические партии, в то время как в Армении практически нет влиятельных партий классического типа. Спрашивается, в этом тоже виновата Конституция? При каких это поправках в стране появятся политические партии классического типа, а не партии одного лица, партии денег, партии олигархов-благотворителей и проч.?
ПРИ КОЧАРЯНЕ МНОГО ГОВОРИЛОСЬ О ТОМ, ЧТО НОВАЯ РЕДАКЦИЯ Основного Закона приведет к становлению института партий. Не получилось. Но ведь не по вине Конституции, а по ряду объективных и субъективных причин, которым посвящены десятки публикаций! Среди специалистов в области конституционного права есть и те, кто считает, что торопиться не следует. В самом деле, декларировать через 3 года необходимость срочных поправок в Основной Закон несколько легкомысленно, даже если признать, что он наделяет премьер-министра чрезвычайными полномочиями. Дайте посмотреть, как этот закон работает на практике…
Большая часть специалистов считает, что разработкой проекта поправок в Конституцию должны заняться политические силы в составе нового парламента, ведь это будут партии и блоки, которые окажутся в парламенте по итогам свободных и справедливых выборов, стало быть, будут обладать доверием народа. А это доверие необходимо при совершенствовании Основного Закона. Парламент может принять участие и в формировании специализированной комиссии. До сих пор, напомню, общественность и оппозиция говорили о недоверии к комиссиям, которые занимались разработкой проектов поправок в Конституцию. Недоверие было вызвано тем, что членов комиссий назначали президенты.
Пусть новая власть окончательно сформирует свои структуры, пусть поработают ученые, пусть жизнь предъявит реальные требования к Основному Закону, пусть назреет необходимость в конкретных коррективах. Не следует торопиться: в противном случае получим еще одну не признанную народом Конституцию. Так или иначе, а сегодня армянской Конституции исполняется ровно 23 года. Хотелось бы дожить до тех времен, когда этот день действительно станет праздником для всех граждан.
Марина Мкртчян, "Голос Армении"