Президент Ирана Хасан Рухани направил премьер-министру Армении Николу Пашиняну приглашение совершить визит в Тегеран. Как сообщает пресс-служба правительства Армении, послание передал Пашиняну министр энергетики Ирана Реза Ардаканиан в ходе визита в Ереван. На встрече премьер и иранский министр обсудили вопросы развития энергетического сотрудничества. «Армения готова к тесному сотрудничеству с Ираном. Мы придаем важность основанному на взаимных интересах диалогу и уверены, что армяно-иранские отношения будут продолжены», — заявил Пашинян. Дата визита будет уточняться.
Заметим, что Рухани был в числе первых лидеров государств, которые поздравили Пашиняна с избранием на пост премьер-министра Армении. Он связался с ним по телефону буквально накануне вылета премьера в Сочи на встречу с президентом России Владимиром Путиным для участия в саммите глав государств ЕАЭС. Согласно официальным сообщениям, тогда «стороны обсудили армяно-иранские дружественные отношения и ряд вопросов, касающихся двустороннего сотрудничества и международной повестки, обменялись мыслями о развитии событий вокруг иранской ядерной программы», обозначили важность «взаимовыгодного армяно-иранского партнерства, его углубления, а также эффективного осуществления текущих совместных проектов с максимальной реализацией их потенциала», договорились о графике визитов.
Конечно, в Тегеране с повышенным вниманием следили за событиями в Ереване, которые привели там к смене власти. Ведь, согласно первоначальным оценкам, звучавшим в западных, да и в некоторых российских и азербайджанских СМИ, в Армении к власти в лице Пашиняна прорвались «западные силы». С учетом того, что США вышли из ядерной сделки, ввели санкции против Ирана и стали грозить ему войной в ситуации, когда Грузия продолжает рваться в НАТО, ереванские потрясения заставляли Тегеран просчитывать возможные варианты развития событий в Закавказье, держать руку на пульсе. Но тогда же в армянских СМИ появилась информация о том, что Пашинян, еще будучи оппозиционным лидером, провел свою первую встречу (с зарубежным представителем) именно с заместителем посла Ирана в Армении Али Насером Собханипуром, пока посол Сейед Казем Саджади был в отъезде.
Отметим важную особенность ситуации. Подобно тому, как Турция свое активное участие в феномене так называемой «арабской весны» воспринимает как «события, происходящие на территории бывшей Оманской империи», так и Иран никогда не забывал, что большая часть территории нынешнего Закавказья некогда входила в состав Персидской империи. Поэтому у него особый взгляд и оценка событий, развивающихся в этом регионе. Не случайно Тегеран в отношении нагорно-карабахского конфликта на деле оказывается на стороне христианских Еревана и Степанакерта, а не единоверного шиитского Баку. Иран стал для Армении и Республики Арцах (Нагорный Карабах) фактически единственным прямым выходом на внешние рынки. И хотя Баку в последнее время обозначил для Тегерана транснациональные горизонты Север — Юг, иранскую сторону настораживает тесное сотрудничество Азербайджана с Израилем и США.
Оно при определенных обстоятельствах может блокировать коммуникационные возможности Тегерана на северном направлении. Не случайно министр обороны Ирана бригадный генерал Амир Хатами, явно указывая на решение США закрыть доступ иранской нефти на мировые рынки и ввод в эксплуатацию азербайджанского трубопровода TANAP, заявил, что «заговор врагов заключается в том, чтобы измотать Иран геополитически и удалить основные энергетические линии от Ирана искусственным способом, потратив много денег». Вот почему, когда Пашинян заявил, что Армения не меняет главные приоритеты в своей внешней политике, остается членом ОДКБ и Евразийского экономического союза, когда стало ясно, что Ереван никогда не станет плацдармом для враждебных действий в отношении Ирана, Тегеран приступил к конкретным политическим действиям и пригласил премьера посетить с визитом страну.
К тому же Пашиняну не придется в Тегеране начинать все с чистого листа. Администрацией его предшественника Сержа Саргсяна разработана и реализуется солидная правовая база двусторонних армяно-иранских отношений в политической, экономической, транспортной и энергетической сферах, совместных инфраструктурных проектов. Но сейчас в конкретной геополитической ситуации как армянское направление во внешней политики Ирана, так и иранское направление во внешней политики Армении должны получить серьезное дополнительное измерение, определить реальные планы, а также конкретные пути для реализации военно-политического потенциала. Достигнуть этого возможно только при высоком уровне политического доверия между Тегераном и Ереваном, так как события в регионе развиваются намного серьезнее, чем ранее предполагалось.
Но это все те самые вопросы, на которые могут быть получены ответы в Тегеране в ходе диалога Рухани — Пашинян, когда станут определяться возможности стратегического партнерства между двумя странами.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM