На днях посол Владимир Казимиров, много лет занимавшийся урегулированием азербайджано-карабахского конфликта, напомнил читателям, да и не только им, о прямых переговорах между Степанакертом и Баку летом 1993 года и последовавших за ними непосредственных контактов между двумя основными сторонами нагорно-карабахского (по терминологии ОБСЕ) конфликта.
Уже сам факт переговоров 28 июля 1993 года, которые состоялись по инициативе Баку, продиктованной военными неудачами на фронте и, прежде всего, падением Агдама - главного опорного пункта азербайджанских вооруженных сил близ НКР, - отвечает на вопрос, является ли Арцах стороной конфликта.
Об этом очень любят сегодня посудачить все, кому не лень. Иной раз говорят такие глупости, что диву даешься. Ну, ладно, представители Баку, - им глупости говорить положено, так как вся их концепция «урегулирования» строится на насквозь лживом тезисе о том, что суть конфликта - «агрессия Армении против Азербайджана с целью захватить исконно азербайджанский Карабах, проведя этническую чистку». Арцах как сторона конфликта в эту схему как-то не вписывается.
В Баку даже утвердили в пропаганде собственное название конфликта: «армяно-азербайджанский». Этот термин позаимствован у советской пропаганды, которая именно так стала именовать карабахский вопрос, чтобы перевести его из плоскости законного волеизъявления карабахских армян в русло нехорошей межнациональной розни «вопреки ленинской дружбе народов». Заметьте, что и партайгеноссе Гейдар Алиев, и Бэби-Док Ильхам Алиев, и их камарилья в официальных переговорах с сопредседателями Минской группы (МГ) ОБСЕ именуют проблему формулой: «армяно-азербайджанский, нагорно-карабахский конфликт», в котором вторая часть – не более чем дань внешнего согласия с формулировками ОБСЕ.
Но вот что куда более удивительно, так это то, что официальный Ереван как при всех трёх президентах Армении постсоветского периода, так и после «бархатной революции» проявлял и проявляет какую-то нечёткость в формулировках и доводах в отношении НКР как стороны конфликта. Заявления высокопоставленных армянских руководителей подчас даже противоречат друг другу.
Между тем, основные документы ОБСЕ четко говорят о трёх сторонах конфликта.
А изначально переговоры и вовсе велись между Баку и Степанакертом. Это и упомянутые переговоры на линии фронта 28 июля 1993 года, и установление постоянной прямой связи (ВЧ) между двумя основными сторонами конфликта. Эта и встречи в Москве: сначала министра иностранных дел НКР Аркадия Гукасяна с вице-спикером Милли-меджлиса АР Афиатдином Джалиловым 15 сентября 1993 года; затем встреча Председателя ГКО (Государственный Комитет обороны) НКР Роберта Кочаряна с президентом АР Гейдаром Алиевым в октябре того же года.
Ясное дело, что переговоры нужны были Алиеву-старшему лишь для того, чтобы подкопить сил и снова начать войну. А кто бы сомневался?
Вначале он усыпил бдительность Москвы весьма примитивным жестом, – отложив уже намеченное предшественником Гейдара Алиева Эльчибеем на сентябрь 1993-го подписание контракта с западным нефтяным консорциумом (Алиев-старший просто отложил это подписание на год). За это Баку заимел расположение президента РФ Бориса Ельцина и получил возможность поставок новых вооружений из РФ. А во многих областных центрах стремительно нищавшей тогда Центральной России при военкоматах открылись… вербовочные пункты российских наемников для азербайджанской армии. Этот скандал был потом вскрыт, об этим писали «Известия», были даже названы фамилии ряда высокопоставленных азербайджанских военных, которые занимались вербовкой наемников на войну против Арцаха.
Но это уже история. Суть же в том, что, ведя переговоры с Арцахом, Баку признал его стороной не только де-факто, но и де-юре. О чём свидетельствуют документы, которые мы будем регулярно публиковать на нашем сайте.
Напомним, что, потерпев окончательное поражение в ходе самого ожесточенного этапа войны с ноября 1993 по апрель 1994-го, Баку вновь запросил мира. В феврале 1994-го (после провала Кельбаджарской операции, стоившей Азербайджану трёх тысяч солдат только убитыми и замерзшими) в Москве прошли тройственные переговоры Командующего армией обороны НКР и министров обороны Азербайджана и Армении.
Затем, в мае был Бишкекский протокол, который подписали представители Баку, Степанакерта и Еревана. Наконец, 10-11 мая три командующих поочередно поставили свои подписи под Соглашением и прекращении огня, которое вступило в силу 12 мая 1994 года.
В 1994-97 гг. шли трёхсторонние переговоры под эгидой ОБСЕ, начатые Москвой в одиночку, на свой страх и риск. Это изначально также были переговоры трёх сторон конфликта. Вскоре к ним подключилось ОБСЕ, также официально признав трёхстороннюю конфигурацию конфликта.
Сопредседатели (сначала Россия-Швеция, затем Россия-Финляндия, а с 1997 г. Россия-Франция-США) многократно делали заявления о трехстороннем характере конфликта и переговоров, ссылаясь на имеющиеся документы ОБСЕ.
С переходом после апреля 1997 года на челночную дипломатию (посредники приезжали в Баку, Степанакерт и Ереван в разных последовательностях) и организацию периодических встречи президентов Армении и Азербайджана (Р. Кочаряна будто бы убедили, что он как бывший президент НКР будет представлять обе армянские стороны конфликта), ситуации внешне изменилась. Но не по сути, ибо никто не отменял прежних документов ОБСЕ.
Вопрос на засыпку «рассужденцам»: если НКР не сторона конфликта, зачем сопредседатели всякий раз приезжают в Степанакерт и встречаются с руководством Арцаха? Да, Баку волен говорить всё, что ему вздумается: они и не скрывают, что ведут войну всеми средствами, и не считаясь ни с чем. В ходе апрельской 2016 года агрессии Баку против Арцаха преследовались не только военные цели. Вот что писал об этом в своей статье «Апрельская война 2016 года: «до» и «после» политический аналитик, а ныне министр иностранных дел Республики Арцах (НКР) Масис Маилян.
«Апрельские события подтвердили, что азербайджанская сторона является недоговороспособным партнёром по переговорам: Азербайджан, начав новую вооружённую агрессию, не только сорвал переговорный процесс и нарушил взятые на себя международные обязательства, но и попытался денонсировать бессрочные трёхсторонние Соглашения о прекращении огня и Соглашение об укреплении прекращения огня, подписанные главами оборонных ведомств НКР, Азербайджана и Республики Армения в 1994-1995 гг.
Ноты о фактической денонсации принятых ранее документов были распространены Постоянным представительством Азербайджана при ОБСЕ 11 апреля 2016 года и Постоянной миссией Азербайджана при ООН 14 апреля 2016 года. Тем самым власти в Баку попытались отказаться от документов, под которыми наравне с Азербайджаном стоят подписи официальных представителей руководства НКР. В тексте ноты от 14 апреля очевидно стремление азербайджанской стороны заменить подписанные с НКР и РА документы устными договорённостями о восстановлении перемирия от 5 апреля 2016 года, достигнутыми начальниками генеральных штабов ВС Армении и Азербайджана. Следует отметить, что именно благодаря равноправному участию властей НКР в разработке и принятии соглашений 1994—1995 годов удалось в течение последующих 22 лет поддерживать мир в зоне конфликта» (https://regnum.ru/news/polit/2222583.html)
Опять-таки с этим все ясно.
Не вполне понятна позиция сопредседателей.Со времени выдвижения так называемых Мадридских принципов, и даже ранее они стали подменять четкое определение конфигурации конфликта расплывчатыми словами и даже полуправдой. Всякий раз, после встреч президентов или министров иностранных дел Армении и Азербайджана, они используют в своих заявлениях такие словосочетания как «оба президента», «обе стороны» (имея в виду Баку и Ереван), вроде бы не отрицая правосубъектности Арцаха как стороны конфликта и переговоров, но замалчивая этот момент, и камуфлируя ситуацию формулировками, вводящими в заблуждение несведущих.
Сегодня складывается впечатление, что несведущими являются и некоторые чиновники Республики Армения, которые своими непонятными формулировками лишь способствуют пропаганде Азербайджана, трубящего, что Арцах-де никогда не участвовал и не участвует в переговорном процессе.
Официальному Еревану следовало бы обратиться не к Баку, а к ОБСЕ, точнее к трём сопредседателям МГ ОБСЕ от России, США и Франции с требованием, - именно с требованием, а не просьбой, - официально озвучить конфигурацию переговорного процесса в соответствии с документами ОБСЕ. Так, как они это делали на протяжении всего переговорного процесса с 1993 по 1997 год.
Возвращаясь к теме отказа Баку от договорённостей о прекращении огня от 1994 года следует констатировать: Арцах и Армения уже находятся в состоянии войны с Азербайджаном не только де-факто, но и де-юре. И эта война может начаться в любой момент, особенно учитывая нацистский характер Азербайджанского государства и накопленные им на нефтедоллары горы вооружений.
Об этом следовало бы говорить своему народу и мировому сообществу. А дипломатичные формулировки не остановят войну. Которая, если начнется, будет войной за выживание Арцаха и всей Армении, и Азербайджана как государств, так и наций.
Целью армянских сторон явно будет нанесение такого удара по Азербайджану, чтобы он не мог больше и задумываться о военном реванше. Равно как и освобождение продолжающих оставаться под гнётом территорий НКР, захваченными азерами (Шаумян, части Мартакерта и Мартуни), и территорий Арцаха вне НКР (Северный Арцах от Геташена на юге до Чардахлу на севере, что позволит также контролировать основные коммуникации, соединяющие Азербайджан с Грузией).
Если падёт Гянджа, - а точнее будет освобождён армянский Гандзак, то сам Ильхам Алиев обратиться с просьбой о мире к Арцаху и Армении.
Следуя делам своего отца Гейдара Али Рза оглы Алиева, который запросил переговоров у Степанакерта, когда карабахцы взяли Агдам.
Как в классике. Война и мир. Отцы и дети.
Александр АНДРЕАСЯН, http://russia-artsakh.ru