26 июля второй президент РА Роберт Кочарян явился на допрос в Специальную следственную службу, сразу из свидетеля превратился в обвиняемого, а спустя несколько часов дал эксклюзивное интервью каналу «Еркир медиа», в котором расценил предъявленные обвинения как вендетту, сведение политических счетов и попытку исказить историю. «Я прекратил давать показания после изменения статуса свидетеля. Я никогда не думал, что может существовать до такой степени сфабрикованное дело. Это правовой сюрреализм», — заявил второй президент, напомнив о репрессиях 37 г.
В САМОМ ДЕЛЕ, ЧТО ОЗНАЧАЕТ ОБВИНЕНИЕ В НАСИЛЬСТВЕННОМ свержении конституционного строя по сговору с группой лиц? Это обвинение может исходить только из постулата, что президентские выборы 2008 г. выиграл Левон Тер-Петросян, а не Серж Саргсян. Поверить в это может только тот, кто 10 лет назад не участвовал в выборах, не отслеживал ситуацию, а потому не знает, что кандидат многопартийного конгресса получил не более 20% голосов.
А те, кто помнит не только 2008 г., но и 1996 год, подтвердят, что именно в 1996 г. на самом деле имело место насильственное свержение конституционного строя при участии президента Тер-Петросяна, правления АОД и министра обороны! Вот когда армия напрямую участвовала в подавлении и устрашении граждан, танки стояли за зданием Конституционного суда, а вся страна знала, что Левон украл победу у единого кандидата от оппозиции! Но народу пригрозили пальцем с телеэкрана и сказали, что единый кандидат оппозиции не стал бы президентом даже в том случае, если бы получил все 100% голосов. Неужели кто-то в самом деле думает, что Тер-Петросян повторил шаг Вазгена Манукяна и выиграл выборы 2008 г.?
В 2008 г. никто у Левона победу не крал, потому что красть было нечего, не было у Левона победы, не получил он 65% голосов, о чем кричали его соратники из палаточного лагеря. Не получил и не мог получить, потому что в 2008 г. народ не страдал амнезией и прекрасно помнил годы пребывания у власти АОД и Тер-Петросяна. Та власть проводила по отношению к собственному народу политику энерготеррора, грабежа, заказных убийств и правового беспредела. По итогам тех выборов не было представлено ни одного внятного доказательства фальсификаций. А в 1996 г. таких доказательств было с избытком. Кто не помнит бесчисленные протоколы окружных комиссий с потертыми ученической резинкой цифрами, избитых доверенных лиц Вазгена Манукяна! Кто забыл штурм здания парламента, избиение депутатов от оппозиции в зале пленарных заседаний при включенных телекамерах, а еще лишение депутатской неприкосновенности, причем голосование, напомню, проходило под дулами автоматов…
В отличие от 1996 г., в 2008 г. европейские наблюдатели серьезных претензий к выборам не имели. В ЦИК не поступило жалоб, свидетельствующих о том, что нарушения могли повлиять на конечный результат, а Конституционный суд принял то самое решение в пользу легитимности результатов, которое в ходе интервью второй президент назвал окончательным. Спрашивается: почему обвинение в свержении конституционного строя предъявлено Кочаряну? Разве президент подводил итоги выборов 2008 г.? Разве он выносил решение по иску сторонников Левона, которые пытались оспорить в КС официальные итоги выборов? Отнюдь. Это не его прерогатива.
Виновными назначили Кочаряна и армию!
Кочарян отметил по этому поводу, что до предъявления обвинений ему лично под судом должен был оказаться весь состав ЦИК образца 2008 г., а также судьи КС, которые вынесли решение по иску оппозиции.
НО ЭТОГО НЕ ПРОИЗОШЛО ПО ОДНОЙ ПРИЧИНЕ: НОВАЯ ВЛАСТЬ УЖЕ НАЗНАЧИЛА виновных и теперь пытается подвести под это «назначение» правовое обоснование, которого не может быть по определению. Кочарян назвал подобные действия «бомбой, заложенной под армянскую государственность, которая когда-нибудь взорвется, не может не взорваться». «Это очевидное политическое преследование, попытка исказить историю», — констатировал он.
И кто входил в ту самую «группу лиц», которая пребывала «в сговоре» с Кочаряном? «Обвинение предъявлено верхушке армии, армию обвиняют», — констатировал Кочарян, подчеркнув, что страна находится в условиях неурегулированного конфликта и что крайне опасно в таких условиях дискредитировать армию. По его оценке, к подобным мерам могут прибегнуть только те люди, которые не соприкасались с вооруженными силами, и по этой причине обременены многими комплексами, в том числе комплексом непричастности к освобождению Арцаха. Кочарян не назвал имен, но из контекста явно следовал намек на то, что премьер-министр Пашинян, как и многие представители его кабинета, не служил в армии.
Подарок Азербайджану
«Обвинение предъявлено Первому президенту Карабаха, Второму президенту Армении, президенту, при котором в Карабахе были достигнуты самые прославленные победы и создан пояс безопасности, президенту, при котором экономика Армении отметила 5-кратный рост. Этот президент через считанные дни может оказаться в тюрьме по сфабрикованному обвинению. Я представляю, какое ликование будет царить в Азербайджане. Что ж, делайте такой подарок!» — заявил Кочарян.
ОН ПОДРОБНО ОПИСАЛ В ТЕЛЕИНТЕРВЬЮ ОСНОВАНИЯ ДЛЯ ВВЕДЕНИЯ чрезвычайного положения и подчеркнул, что решение было принято с соблюдением всех процедур, оговоренных статьей 55 пункт 14 действующей на тот момент Конституции. Кочарян признался, что терпел до последнего и ввел чрезвычайное положение, когда иного выхода уже не было. А еще он напомнил о попытке Давида Шахназаряна увести 1 марта 2008 г. участников акции с прилегающей к мэрии территории к зданию Матенадарана, но этой попытке воспротивился Никол Пашинян. Он взял инициативу в свои руки, приказал участникам демонстрации строить баррикады, после чего начались избиения полицейских.
Напомним, к слову, что, пока демонстранты избивали полицейских, Пашинян кричал в громкоговоритель о том, как ему приятно наблюдать за тем, как участники демонстрации отбирают у полицейских оружие. «В это время стало ясно, что ничем хорошим это не кончится», — сказал Кочарян.
Очевидно, что предъявленные второму президенту обвинения не имеют ничего общего с реальной попыткой найти виновных в гибели 10 человек. Очевидно, что эти обвинения носят характер политических преследований и являются не чем иным, как сведением политических счетов. Пашинян мстит за свой тюремный срок, Тер-Петросян сводит счеты с «известными силами», которые не дали ему в 1998 г. сдать освобожденные территории. Очевидно, что все это не имеет отношения к правосудию. Очевидно и то, что после революции «мира и согласия» в Армении постепенно устанавливается режим репрессий и сведения политических счетов.
На вопрос журналиста о дальнейших планах Кочарян ответил: «Если надо, сяду (в тюрьму. — Прим. Г.А.) и буду бороться до конца, ни о каком бегстве речи быть не может, вся моя биография связана с этой страной!» Он сказал, что новую власть, как и предыдущую, по-видимому, сильно беспокоят его политические планы. Он признался, что, критикуя власть за армяно-турецкие протоколы, накопительную систему пенсионного обеспечения и другие решения, не имел намерений вернуться в активную политику, но, «похоже, теперь политика занялась мной». А еще второй президент сказал, что репрессии никогда не носят единичный характер, их жертвами, как правило, становятся многие, а потому возвращение в Армению и явка на допрос, как и интервью каналу «Еркир медиа», — это поступок, а в том, что бойцовских качеств Кочаряну не занимать, многие убедились уже давно. Вопрос: кто еще рискнет в нашей стране бросить вызов репрессиям? Кто этот мужчина?
Статья 56 действующей в 2008 г. Конституции озаглавлена: «Президент республики неприкосновенен». «Президент республики на срок своих полномочий и после него не может преследоваться и привлекаться к ответственности за деятельность, следующую из его статуса».
Гаспар Адамян, «Голос Армении»
