17 августа на площади Республики в Ереване прошел митинг… Чуть было не написал "митинг оппозиции". На самом деле, конечно, это был митинг власти. Точнее, части власти. Митинг официально был посвящен 100 дням нового правительства, но члены правительства из партий ППА, АРФД, "Республики" и "Просвещенной Армении" почему-то отсутствовали… Присутствовали только члены "Гражданского договора" плюс правительственные назначенцы по личной квоте Никола Пашиняна. Правда, похлопали всему правительству, но выглядело неубедительно.
МИТИНГ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БОЛЬШЕ ПОХОДИЛ НА ОППОЗИЦИОННЫЙ. Поскольку постольку в новейшей истории Армении мы привыкли, что именно оппозиция выступает на митингах с радикальными лозунгами, угрожает несогласным и говорит от имени народа. Но… ситуация действительно изменилась.
Вообще, если честно, из выступления Никола Пашиняна у меня не создалось впечатления, что премьер говорил о 100 днях правительства. Скорее выступление премьера больше было ответом на последнее интервью Роберта Кочаряна. По многим пунктам. По некоторым Пашинян и не скрывал, в отдельных случаях даже внял советам.
Кочарян говорит о недопустимости дискредитации армии - Пашинян завершает свое выступление призывом славить армию, ее генералов, офицеров, солдат. Кочарян говорит об угрозах безопасности в новых геополитических реалиях - Пашинян призывает площадь подтвердить, что в случае поползновений Азербайджана будет дан решительный отпор.
Кочарян говорит, что борьба с коррупцией не должна подменять экономическую политику. Пашинян, оппонируя, пытается представить приоритеты экономической политики нового правительства: ликвидация монополий, общее правовое поле, говорит о том, что отныне все граждане Армении и армяне Спюрка могут делать инвестиции и вести бизнес…
Кочарян говорит о возможных осложнениях с Москвой, а Пашинян заверяет, что с Москвой все нормально. С Путиным встречался два раза, по телефону говорил три раза… Впрочем, косвенно Пашинян и не отрицает наличия, скажем мягко, шероховатостей. Но объясняет это "исключительностью" (ну а как же иначе?) "армянской революции любви и согласия". Революции, которую не прогнозировали аналитические мировые центры, в том числе и России. И, дескать, им, этим российским аналитическим центрам и аналитикам, нужно время…
Кочарян говорит о масштабах сплетен, приписывающих ему миллиарды, иронизирует про не найденные пока "50% Сашика". И Пашинян отвечает, что найдут "десять процентов", уже нашли 30 миллионов. Не у Кочаряна, правда, но нашли. Вернуть их, правда, в бюджет не могут. Пока…
Кочарян говорит, что смену власти в Армении нельзя назвать революцией, поскольку процесс, имеющий место в Армении, ни под какое определение революции не подходит. А "революцией" называют исключительно с целью затыкать рот оппонентам термином "контрреволюционер".
… Вот не надо было Кочаряну будить спящую собаку и наступать на больную мозоль!.. Не надо было… Как это так не революция, главный "контрреволюционер"? Это что же, наш премьер не революционер? Не Че Гевара?
РАЗОЗЛИЛСЯ ТУТ ПАШИНЯН СИЛЬНО И ОБЪЯСНИЛ НЕПОНЯТЛИВЫМ, ПОЧЕМУ ПРОИЗОШЕДШЕЕ – РЕВОЛЮЦИЯ. Он выдвинул гениальную теорию, что в историографию (понятно, мировую историографию, на меньшее премьер не согласится) апрельско-майские события войдут как революция, поскольку в Армении, оказывается, сменилась форма правления. И перешла Армения к прямому народному правлению. Как в Древних Афинах, где вопросы решались на главной площади города - Агоре. Отныне и в Армении будет так: все вопросы будут решаться на площади Республики. И в мировой истории опыт Армении будут изучать так же, как и опыт демократии Древних Афин.
Что тут сказать? Троцкий, Кастро и другие великие ораторы XX века просто тихо плачут в сторонке…
Надо понимать, что отныне правительство будет регулярно со всей Армении собирать людей на нашу бедную маленькую площадь для решения важных вопросов. Совет правительству: следующий митинг организовать на стадионе Раздан: и народу больше поместится, и все места сосчитаны. Если же на трибунах вдруг возникнут разногласия, тут же на поле устроить перетягивание каната: кто перетянет, его точка зрения и победила. До такого простого и демократичного решения всех важных вопросов даже афиняне не додумались. Ну и вход по билетам - в качестве инвестиций граждан в экономику, как призывает Пашинян: должны же эти инвестиции в конце концов появиться.
Не подумайте, что я критикую Пашиняна. Есть в этой идее об армянской Агоре и позитивные моменты. Так, один из друзей в Фейсбуке напомнил, что в Древних Афинах женщины были лишены права принимать решения. Если Пашинян идет по этому пути, то я, безусловно, за. Давно уже пора лишить женщин избирательного права и запереть в домах. Тогда армянская революция точно войдет в мировую историографию. Ну еще Гарника Исагуляна расстрелять. Второго главного контрреволюционера. Или наоборот: Гарника - запереть, женщин – расстрелять. Тут особо принципиальной разницы нет: главное - твердо проложить путь в мировую историографию. И закрыть в Фейсбуке "оплачиваемые Кочаряном" фейки. Но Гарника с женщинами все-таки сначала…
… КОЧАРЯН ГОВОРИТ О СВОБОДЕ МНЕНИЙ И СЛОВА. И ПОЛУЧАЕТ ОТВЕТ ПАШИНЯНА, что сначала надо думать, прежде чем говорить, потом рассуждать о свободе слова. Интересная, кстати, интерпретация статьи Конституции. Неизменяемой, как обязательно подчеркнул бы глава Специальной следственной службы Сасун Хачатрян. Кстати, не усматривает ли тут г-н Хачатрян, брат представителя Фонда Сороса в Армении по совместительству, посягательств на неизменяемую статью Конституции? Ведь, согласно его же логике, любые ограничения неизменяемых статей Конституции есть не что иное, как свержение конституционного строя и присвоение власти…
Впрочем, Конституция сейчас не в тренде, у Пашиняна с ней свои счеты. Он намерен создавать загадочные органы переходного правосудия, поскольку нынешние суды его не удовлетворяют.
Собственно говоря, мы знаем до сих пор только одно судебное решение, которое бы не устроило Пашиняна: решение судьи Апелляционного суда Александра Азаряна о неприкосновенности второго президента согласно соответствующей статье Конституции. Многие решения судей после "бархатной революции любви и согласия" были строго по ветру перемен. Судьи, они ведь народ чуткий, Пашиняну вовсе не обязательно им звонить, они и без звонков все понимают. И про любовь, и про бархат, и про согласие…
Но вот один вовсе "не понятливый" точно нашелся. Почему? Кочарян говорит, что в ходе слушаний его защита разгромила голословные доводы обвинения. Кочарян в своем интервью сетует, что, увы, не может оглашать деталей из-за тайны следствия, просит журналистов требовать открыть дело, чтобы следственный орган не представлял факты по своему усмотрению, и тогда сторона защиты сможет представить свои доводы по всем эпизодам.
Пашинян на митинге Кочаряну ответил. Нет, конечно, про открытость следствия он ничего не сказал, просто заявил, что все наоборот: на основании заявлений главы ССС он, Пашинян, понимает и заявляет, что дело "1 марта" раскрыто полностью!
Ну насчет того, что вывод этот основан на "основании заявлений главы ССС", Пашинян, конечно, лукавит. Дескать, он тоже не разглашает тайны следствия, а выводы делает исключительно на основании публичных заявлений. Однако на основании заявлений главы ССС если и можно что-то конкретное вменить Кочаряну в вину, так это его указ о введении режима чрезвычайного положения. Указ, на который Кочарян имел право по Конституции и который был одобрен парламентом. Но сегодня следователь считает этот указ незаконным, поскольку им были ограничены неизменяемые статьи Конституции, следовательно, Кочарян сверг конституционный строй и присвоил власть…
НЕТ, ОЧЕВИДНО, ЧТО, ОТВЕЧАЯ НА ЭТУ ЧАСТЬ ИНТЕРВЬЮ КОЧАРЯНА, Пашинян лукавит, когда говорит о полном раскрытии дела на основании исключительно заявлений главы ССС. Он имеет в виду нечто другое, широкой публике пока не известное. С учетом упоминания им ворующей семена мышки можно предположить, что речь идет об оружии, найденном в доме друга брата Овика Абрамяна. Оружии, о котором предварительно, до экспертизы, громогласно было заявлено, что это оружие, подозреваемое в стрельбе 1 марта.
Ну что ж, поживем - увидим. Но констатируем, что до сих пор только один судья принял не устраивающее Пашиняна решение, рискнул пойти на такой шаг. И что мы услышали? Мы услышали, что Пашинян, который не звонит судьям, выступает за закон и разделение властей, за любовь и согласие, просто рвет и мечет от негодования, срывает голос, призывая судей одуматься (формулируем мысль Пашиняна предельно корректно), не идти против народа, называет судебную систему коррумпированной и грозится внедрить систему переходного правосудия, если судьи не внемлют…
Как заметил один мой приятель, лучше бы Пашинян действительно просто позвонил бы судье Кассационного суда. Это было бы меньшим злом и меньшим давлением на судей. Да и голосовые связки бы поберег, немало ведь еще орать придется, пока старый мир не адаптируется.
Рубен Маргарян, "Голос Армении"