Довольно странное объяснение бездействию полиции в связи с сорванной митингующими пресс-конференцией экс-президента Армении Роберта Кочаряна дал на днях начальник полиции Валерий Осипян. Он заявил: "Полиция не получала ни от кого заявления, каждый гражданин имеет право высказывать мнение в любом месте и в рамках закона проводить митинги и акции протеста, но даже если считать их (митингующих. - З.Г.) действия незаконными, у нас нет заявления".
НАПОМНИМ, ЧТО 14 АВГУСТА ПРОТЕСТУЮЩИЕ ПРОТИВ ОСВОБОЖДЕНИЯ из-под стражи Роберта Кочаряна ворвались в зал бизнес-центра "Эребуни плаза" в Ереване, где должна была проходить пресс-конференция Р. Кочаряна, устроив форменный беспредел с воплями, битьем по дверям и прочими атрибутами, которые даже с натяжкой трудно отнести к "акции протеста", ибо, как ни крути, а хулиганство есть хулиганство, каким благозвучным словом его ни пытайся заменить. При этом один из участников вышеупомянутого действа заявил: "Роберт Кочарян не должен иметь возможности свободно давать пресс-конференции", а другой: "Революция в Армении произошла, и ее не повернуть вспять".
Хотелось бы спросить: при чем тут революция? Она что, освобождает граждан страны от необходимости соблюдать общественный порядок, а полицию реагировать должным образом на факты нарушения этого самого порядка? Или в "новой Армении" нынче избирательным образом трактуется понятие свободы слова, и люди, именующие себя активистами, решают, кто имеет право говорить, а кто - нет?! По такой логике получается, что любой, кому не нравится то или иное публичное мероприятие или публичное выступление, может его саботировать и провалить?! Выходит, одни имеют право высказывать мнение в любом месте, а другие - нет. Так это никакая не революция и уж тем более не демократия, а торжество беспредела, поощряемое правоохранительными органами. Как это было в случае с хулиганским поведением так называемых активистов в Ереванском государственном университете, когда группа митингующих закрыла двери и не выпускала ректора из аудитории, требуя его отставки, доведя человека до сердечного приступа и госпитализации. Как это было со вторжением в канцелярию Первопрестольного Святого Эчмиадзина, где одержимые идеей свержения Католикоса устроились как у себя на кухне, а полиция вовсе не спешила их оттуда выдворять, и дело дошло едва ли не до рукоприкладства в отношении Гарегина Второго. Как это случилось в истории со срывом пресс-конференции Р. Кочаряна. Можно привести еще примеры, но и этих, думается, достаточно.
КАК БЫ НИ МЕНЯЛИСЬ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ, ВЛАСТИ И Т. Д., ФУНКЦИЯ правоохранительных органов, надо полагать, должна оставаться неизменной: это защита общественного порядка. Что же касается свободы слова, одного из фундаментальных прав человека, прописанных Конституцией, то в государстве, претендующем на звание правового и демократического, это право, надо полагать, действует для всех. Кстати, в свое время оппозиционеру Николу Пашиняну никто рот не затыкал и пресс-конференций не срывал. Он говорил, что хотел и когда хотел, собственно, как и все остальные (и это при "кровавом режиме", как его нынче модно называть, чтобы быть в тренде). Такое было разве только в годы правления АОД, при Левоне Тер-Петросяне, когда любая критика в адрес действующих властей каралась ими жестоко и бескомпромиссно, а свободы слова как категории в реальности не существовало в принципе. И что, в новой Армении "любви и согласия" мы возвращаемся к тем смутным временам? Когда одним - можно, другим - нельзя, когда надо думать, прежде чем сказать, иначе вами займется СНБ, как недавно заявил на митинге премьер. Это извините, несколько другая революция, диктующая, кого надо любить и с кем соглашаться (иначе в том же праве на свободу слова и праве на защиту в лице правоохранительных органов вам будет отказано), а не приоритет закона и демократии.
"Даже если считать их (митингующих) действия незаконными, у нас нет заявления. Полиция не получала ни от кого заявления", - сказал, повторимся, Осипян. У нас другая информация. Был сигнал, поступивший в полицию от адвоката Роберта Кочаряна Айка Алумяна.
"Как только все это началось, я сразу позвонил в полицию и заявил о том, что происходит, - констатировал Алумян в беседе с корр. "ГА". - А звонок считается заявлением. Так что как минимум один сигнал в полицию поступил. Если один звонок основанием для вмешательства полиции не считается, то пусть Осипян мне покажет закон, где написано, что не менее 20 человек должны к ним обратиться, прежде чем последует какая-то реакция. Такого закона, конечно же, нет. А тот факт, что обращение было, нетрудно доказать. Ведь каждый звонок в полицию записывается..."
Стало быть, Осипян, мягко говоря, лукавит. Или он не в курсе, что заявление было? В общем, как ни крути, ладно не получается. Вопросов к новым властям становится все больше и больше, а ответов, по крайней мере адекватных и обоснованных, увы, все меньше...
Зара Геворкян, "Голос Армении"