Недавно президент Азербайджана Ильхам Алиев принимал в Баку делегацию во главе с председателем Великого национального собрания Турции Бинали Йылдырымом. Как передавали азербайджанские издания, Алиев отмечал, что «азербайджано-турецкие отношения динамично развиваются во всех сферах», что «две страны совместно реализовали ряд глобальных проектов, в том числе строительство нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан, газопровода TANAP, железной дороги Баку — Тбилиси — Карс». В то же время Йылдырым говорил о другом. Он многозначительно намекал на то, что «Азербайджан и Турция во все времена оказывали поддержку друг другу, и сегодня они вместе». Ранее турецкий спикер в международном аэропорту Гейдара Алиева в Баку повторил известный тезис: Азербайджан и Турция — это «один народ — два государства».
В большой политике любое заявление и его значимость часто зависят от места, времени и обстоятельств. В любой иной ситуации напоминание Йылдырыма о том, что Анкара и Баку «во все времена оказывали поддержку друг другу», можно было бы воспринимать как уже привычную банальность. Но не сейчас. В Турции разразился кризис на фоне конфликта с США из-за американского пастора Эндрю Брансона, обвиняемого Анкарой в терроризме и подготовке госпереворота. Как пишет The New York Times, речь нужно вести о «более долгосрочных разногласиях между Турцией и США и о характере их отношений», и подчеркивает, что «противостояние президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана против Вашингтона отражает не только националистическую дерзость, но и предположение о новом политическом порядке, формирующемся в более многополярном мире».
Казалось бы, тут нечего гадать. Если Азербайджан является продолжением Турции в Закавказье, а Турция продолжением Азербайджана на Ближнем Востоке, то Алиев должен был бы открыто поддержать Эрдогана и начать совместное с ним давление на США. Но почему-то такого не происходит. Баку лавирует в отношениях с турецким президентом, не сжигает мосты с Вашингтоном, осуществляя по сути американские и европейские энергетические и другие стратегические проекты в Закавказье. Почему? Причин несколько. По мнению британского издания The Guardian, Баку видит, что в альянсе Анкара — Москва доминирующая роль переходит к Москве, что может укреплять пророссийски настроенную часть и правящего азербайджанского истеблишмента. Также Алиев, видимо, полагает, что американо-турецкие проблемы носят временный характер, и отношения между двумя странами со временем нормализуются.
Азербайджанский президент не демонстрирует намерений портить из-за Турции свои отношения с Израилем, опасаясь, что в таком случае он может получить от израильтян «чувствительный удар» на армянском направлении. В то же время Анкара, столкнувшись с Израилем сначала на палестинском направлении, а потом и на курдском, пошла на резкое обострение отношений с израильтянами. Напомним, что в сентябре прошлого года Турция чуть ли не открыто призвала «братский Азербайджан пересмотреть свои отношения с Тель-Авивом», пригрозив приостановить транзит бакинской нефти в Израиль через турецкий порт Джейхан. Наконец, недавний визит Алиева в Сочи и его переговоры с российским коллегой Владимиром Путиным демонстрирует, что Баку удается разыгрывать и московскую «карту», намекая на возможность сотрудничества с Россией с учетом «глубинной перспективы». Не случайно в украинских СМИ после этого визита появились сообщения о наличии какого-то «тайного плана», разработанного Путиным и Алиевым относительно выстраивания в регионе некоего геополитического противовеса, в котором в возможном «осевом альянсе» Россия — Турция — Азербайджан Баку будет перемещаться на вторые позиции. Кстати, это стало просматриваться в ходе последнего посещения азербайджанским президентом брюссельской штаб-квартиры НАТО, когда он демонстрировал, что приехал для решения исключительно своих вопросов.
Что же касается непростых отношений Баку с Тегераном, то на этом направлении Баку в принципе может прикрыть Москва. Проблема для Азербайджана только в том, что открывающиеся геополитические перспективы выхода на Ближний Восток не приведут к конвертации ситуации в урегулирование нагорно-карабахского конфликта по желаемому Баку сценарию. Тут необходим иной подход и другие решения, не связанные с намерением достичь чего-либо военным путем. Одним словом, между Алиевым и Эрдоганом созревает определенная интересная ситуация. И становится всё более очевидным то, что пока тактическое различия интересов двух государств, как выразился один эксперт, они пытаются спрятать под одеялом «братства».
Станислав Тарасов, ИА REGNUM