В Москве состоялись переговоры президента России Владимира Путина с премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Это была третья по счету их личная встреча. На сайте президента России таким образом определялась переговорная повестка: «Планируется обсудить ключевые вопросы развития российско-армянских союзнических отношений, а также сотрудничества в интеграционных объединениях на евразийском пространстве».
Но сами вопросы не уточнялись. В свою очередь накануне визита в Москву премьер в эксклюзивном интервью программе министерства обороны Армении «Зинуж» назвал отношения Еревана и Москвы особенными, считая, что они «должны быть на еще более высоком уровне, стать еще более стратегическими, партнерскими и дружескими». В такой позитивной тональности и проходила так называемая открытая часть переговоров в Москве, когда с первых слов, правда, общего характера, произнесенных Путиным и Пашиняном, стало очевидно, что они настроены на переговоры доверительного характера. И президент прежде всего отметил особый характер двусторонних отношений:
«На сегодняшний день отношения между Россией и Арменией развиваются поступательно по всем направлениям. Это касается сфер политических отношений, военной сферы, вопросов безопасности, экономического сотрудничества… Готов сверить часы по поводу нашего текущего взаимодействия и в долгосрочной перспективе».
При этом было упомянуто о развитии сотрудничества между двумя странами в энергетике (атомной и тепловой), металлургической промышленности и машиностроении. Говорилось, что по итогам прошлого года отмечается рост товарооборота, однако есть потребность в превышении существующих показателей. Что касается Пашиняна, то он сначала посетовал на некий «пессимизм», который «присутствует в армянской и российской прессе, в социальных сетях» относительно развития отношений между Ереваном и Москвой и с определенным намеком «выразил надежду на то, что отношения Армении и России будут и дальше строиться на принципе уважения интересов стран и принципе невмешательства во внутренние дела», хотя не существует ни одного признака со стороны России на такое вмешательство. Надо предполагать, что в закрытой части переговоров премьер более детально разъяснил Путину эту позицию.
Помимо того Пашинян указал на необходимость более широко раскрывать потенциал сотрудничества между странами, включая политическую, военно-техническую и другие сферы сотрудничества, а также подчеркнул, что «существующие вопросы между странами будут решены». В этих словах, очевидно, и заключалась вся интрига нынешнего визита премьера в Москву, его желание вырваться из «зоны некоторых недоразумений», возникших в российско — армянских отношениях после прихода в Ереване новой власти. На наш взгляд, Москва с пониманием отнеслась к таким пожеланиям, хотя в последнее время из уст российских высокопоставленных чиновников открыто звучала обеспокоенность относительно некоторых аспектов развития событий в Армении.
Отметим несколько причин, которые, на наш взгляд, лежат на поверхности. Будем откровенными: бросок оппозиционного лидера к власти за 26 дней многих — и не только в Москве — застал врасплох. Тем не менее российские власти официально реагировали сдержанно, эта позиция в политико-дипломатических кругах оценивалось как «нейтрально-позитивная», а не «враждебная». Не случайно сразу после избрания Пашиняна премьером его поздравили Путин и на тот момент и.о. главы российского правительства Дмитрий Медведев. Оба выразили надежду на «дальнейшее укрепление» армяно-российских отношений. Во время встречи 14 мая в Сочи с президентом в ходе саммита Высшего Евразийского экономического совета Пашинян поблагодарил Москву за «сбалансированную позицию, которую Россия заняла в ходе нашего внутреннего кризиса», а также заявил, что «есть то, что не нуждается в обсуждении — это стратегические отношения Армении и России».
Затем Путин приглашал премьера на открытие чемпионата мира по футболу, познакомил его с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым. Но только сейчас состоялась полноценная встреча на высшем уровне. За это время Москва внимательно присматривалась к Пашиняну и, как пишет в этой связи американское издание Foreign Affairs, пыталась понять, является ли армянская «революция» частью некоего «западного заговора у российского южного порога» или это иное, с учетом того, что Армения является членом ОДКБ и Евразийского экономического союза. Более того, на армянской земле располагается российская военная база. И, похоже, что Пашинян, совершая действия тактического характера, которые вызывали некоторое раздражение среди определенных политических кругов в Москве, все же не меняет внешнеполитическую стратегию.
Россия нуждается в том, чтобы премьеру удалось сохранить политическую стабильность в Армении. Пашинян, в свою очередь, явно демонстрирует, что нуждается в поддержке Москвы, хотя бы в силу того, что «революционные эксперименты» в сфере внешней политики сталкивается и еще могут столкнуться — при определенных условиях и обстоятельствах — с нешуточным сопротивлением еще недавно правящих в Армении политических сил. Ему необходимо хотя бы немного соскоблить с себя чрезмерно блестящий прозападный лоск, более внимательно осмотреться со своим ближайшим окружением, которому часто не хватает профессионализма и которое полагает, что с Москвой можно вести диалог в более жесткой тональности.
Другое дело, если премьер будет предлагать новые конкретные подходы, способствующие расширению широкого сотрудничества с Россией, способствовать изменению существующих у определенной части армянского общества антироссийских настроений и мышления, создавать новые устраивающих обе стороны политические и иные реалии. В свою очередь и Москве стоит вести по отношению к Еревану более глубокую политику системного уровня. Можно согласиться с мнением американского агентства Bloomberg о том, что «Россия и Армения не могут позволить себе испортить отношения», равно как «Москва не должна желать краха армянской революции».
Вот почему нынешняя встреча и переговоры Путина с Пашиняном могут стать во многом определяющими в межгосударственных отношениях.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM