В день, когда ожидается отставка премьер-министра Никола Пашиняна, правительство сделало назначения, которые вызвали неоднозначную реакцию.
Первое – назначение экс-заместителя главы Полиции Армении Унана Погосяна губернатором Сюника. В соцсетях это вызвало настоящий бум, дело дошло до того, что Николу Пашиняну пришлось объяснять мотивы назначения.
Второе назначение было сделано на прошлой неделе – министром энергетики стал Гарегин Баграмян, который приходится свояком главе СНБ Артуру Ванецяну. В связи с этим в прессе вспомнили и про назначение крестного Ванецяна Феликса Цолакяна министром чрезвычайных ситуаций.
Первое назначение вызвало резкое неприятие в определенных кругах, в которых стали говорить о том, что прислуживавшим старому режиму не должно быть места в новой власти. Прозвучали полные ненависти призывы и комментарии.
Второе назначение было принято «с пониманием»: вообще, принято прощать новой власти определенные «слабости». Все мы, как говорится, люди, и у всех есть свояки.
Но все эти истории вызывают вопрос, где проходит водораздел между теми, кого общество готово принять и простить, и теми, кого однозначно отвергает.
Никол Пашинян, «оправдывая» назначение Унана Погосяна, призвал на заседании правительства отказаться от «политического расизма» и не судить о людях по их политическому прошлому. Однако, этот призыв вряд ли будет воспринят с «пониманием» – последние несколько месяцев, с подачи новой власти, общество было разделено на белых и черных. И сложно будет вот так, сразу, изменить установку, которая расценивалась политтехнологами как манипуляция общественным мнением.
Душевное состояние и психологические трансформации людей, поддержавших революцию, еще предстоит выяснить аналитикам. Большой «анатом» человеческой души Ара Недолян, например, сделал сегодня поразительное признание. В интервью Lragir.am он сказал, что 20 лет животворящим его источником была ненависть. В мае он потерял ненависть, и с тех пор впал в депрессию. Он также сказал, что «Левон здорово подпитывал все это».
Это действительно поразительное признание. Ненависть во время революции любви и солидарности – это не сюрреализм, а обратная сторона Луны, скрытый механизм, с помощью которого можно продвигать идеи любви. Это также способ подобраться к корням революции, всеобщего подъема и усилий по свержению прежнего режима.
Не совсем ясны объекты ненависти, не ясно, что «подпитывал Левон» и как удалось так однозначно настроить общественную психологию на отвержение прежнего режима.
Но манипуляция любовью и ненавистью, в конце концов, может сыграть злую шутку – если долго убеждать общество, что этот враг, а этому можно прощать все, то в итоге можно самому оказаться в западне ненависти.
Наира Айрумян, https://www.lragir.am/