В Турции произошел экзотический, но во многих отношениях символический случай. Бывший губернатор из Казахстана, а ныне почетный президент Федерации тяжелой атлетики Кайрат Турлиханов преподнес на 71-летие известному турецкому оппозиционеру, лидеру Партии национального действия (ПНД) Девлету Бахчели чучело волчьей головы. Бахчели был впечатлен. Он с удовольствием позировал вместе с Турлихановым перед фотографами известных турецких изданий. Более того, заявил, что голова волка — символ турецкой молодежной организации «Бозкурт», которая остается до сих пор наиболее радикальным крылом возглавляемой им партии. Но это не совсем так, хотя и в чем-то так.
Волк (бозкурт) был главным тотемом древних турецких племен. Он стал национальным символом со времен гуннов до Османской империи. Перед тем как турки приняли ислам, голову волка надевали на концы флагштоков. Позднее она была заменена на звезду и полумесяц. В турецкой мифологии существует поверье о том, что гоктюрки пошли от волчицы по имени Асена. Эта легенда перекликается с римским мифом о Ромуле и Реме. Согласно пророчеству, волк появляется перед тюрками в наиболее судьбоносные для них исторические моменты, накануне или в разгар боевых сражений за свободу и родину. Поэтому не случайно эту символику активно использовали и продолжают использовать в Турции определенные политические силы, ведущие борьбу за власть в стране. Особенно в ситуации, когда по тем или иным причинам реанимировались проекты, связанные с мифическим общетюркским государством — Тураном.
Достаточно вспомнить известного лидера турецких националистов Алпарслана Тюркеша, который в 1969 году на конгрессе в Адане объявил о создании «объединяющей националистические силы новой партии» — Партии националистического движения (MHP), а сам он был избран ее лидером. Бахчели является его политическим преемником. Но Тюркеша «замотали» в борьбе. Созданных «коммандос», которых позже стали называть «серыми волками, бросали на самые разные фронты, в том числе против социалистических группировок и партий, левых студентов университетов, представителей власти и профсоюзов. И после военного переворота 12 сентября 1980 года Совет национальной безопасности Турции вроде бы убрал эту силу с политической сцены страны. Но в 1992 году был принят закон, после которого вновь открылись партии, националисты быстро вернулись на политическую сцену.
Сейчас они действует как легальная сила. А Бахчели, как председатель партии, как человек, который занимал в правительстве Бюлента Эджевита (1999−2002) пост вице-премьера, воспринимается в качестве одной из знаковых фигур современной политической системы. Но есть и интрига. Она в том, согласится ли президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган считать Бахчели «главным волком Турции». Ведь президент считает инициатором «национально-освободительной войны, которую ведет страна против внешних врагов», самого себе. Националисты нужны Эрдогану не как «волки», а как политические попутчики, с помощью и при поддержке который удается удерживаться у кормила власти. Другое дело, что Бахчели после того, как борьба с коммунистическими идеями перестала быть актуальной, но задолго до Эрдогана призывал к национальному единству и сохранению турецкой идентичности.
А это означает, что подаренная волчья голова может представлять для лидера ПНД сложную проблему. Некоторые турецкие эзотерики указывают, что волка в Турции сегодня — правда, преимущественно в шиитской среде — воспринимают «благословенным символом». Кстати, сходные представления существуют и у казахов. Вот только у суннитов отношение несколько иное. Там считают, что волк способен стать причиной некоторых болезней и его всегда необходимо держать «в напряжении», быть готовым «выстрелить в него». Эрдоган давно понял, что Бахчели был прав, когда говорил, что «европейская перспектива» для Турции если и существует, то только на бумаге. Появилась проблема курдов, которую Эрдоган пытается вновь — и к чему призывает Бахчели — загнать в «доктрину кемализма». Поэтому у Бахчели складывается ощущение, что «побеждают его идеи», что это он «ведет» Эрдогана, помогая ему собирать недостающие голоса для проведения необходимых изменений в стране.
Вопрос в том, не станет ли лидер националистов потом предъявлять президенту Турции свои требования? Эрдоган сделал очень многое для возрождения национального самосознания. Вплоть до того, что предложил аннулировать Лозаннский (24 июля 1923 года) мирный договор, официально «похоронивший» османские амбиции. Президент укрепил экономические позиции, дал старт «мягкой силе» — дипломатической экспансии на всех континентах. Благодаря его усилиям страна превращается в энергетический и логистический хаб Евразии, активно ведется сотрудничество с Россией и Ираном. Вот почему преподнесенная Бахчели волчья голова воспринимается как постановочный политический спектакль. Первое действие состоялось. Чем закончится последнее?
31 марта 2019 года в Турции состоятся местные выборы. Партия Эрдогана вступила в альянс с партией Бахчели по той причине, что — согласно данным соцопросов — около 60% избирателей считают себя националистами, ататюркистами или консерваторами. Партия власти маневрирует. А что дальше?
Станислав Тарасов, ИА REGNUM