Скажу без преувеличения, пишу в припадке вдохновения. Ей-богу, только расскажу вам, в чем дело, и сразу же впаду в беспробудное ликование. Уединюсь с графинчиком и займусь, как модно теперь выражаться, обогащением своего внутреннего мира.
В СВОЕ ВРЕМЯ, когда ереванцы выбирали себе мэра, премьер Пашинян не уставал повторять, что комик и герой телесериалов Айк Марутян будет эталонным руководителем города. Как эталон метра или эталон килограмма. Судя по всему, так и случилось. Ведь эталонный метр и эталонный килограмм хранят под стеклом в специальных помещениях - правда? Так и мэра Еревана, наверное, накрыли стеклянным колпаком и спрятали подальше от глаз людских.
Во всяком случае газеты и соцсети переполнены сообщениями о том, что Айк Марутян не отвечает на звонки, не принимает посетителей и вообще недоступен для очень и очень многих. С мэром не могут встретиться даже почетные граждане Еревана, не говоря уже о друзьях из актерского прошлого.
У нас есть собственная версия насчет периодических таинственных исчезновений и через определенное время появлений мэра Еревана. Возьмем хотя бы последний случай.
История ужасающая. Выходит так, что Марутян, усталый как черт, еле добрел домой после обхода столицы. Скинув в прихожей сапоги, покрытые глиной непосильного труда, он отер со лба пыль, выпил кувшин молока, съел лаваш с зеленью и сыром, полил комнатные растения и совсем было собрался взять в руки любимый дудук.
Но тут вдруг решил выйти во двор прогуляться с любимыми кошками. С тех пор его больше никто не видел. Ни почетные граждане Еревана, ни друзья из актерского прошлого, ни, страшно сказать, активисты из "Моего шага".
ЧТО ТУТ БЫЛО ДЕЛАТЬ? Кинулись его искать. Смотрели и под диваном, и в шкафу, бегали в столовую мэрии. Спрашивали у завсегдатаев пивной у дома мэра. Но нигде и никак не находился пропавший человек по фамилии Марутян. И только через несколько кошмарных, бессонных дней сам он появился в мэрии, сказав, что приехал издалека.
Был бледен, бос, немногословен. На расспросы же отвечал, что и сам не знает, что же такое стряслось. Вроде бы собирались его похитить. И вроде бы даже какие-то темные силы.
Не правда ли, это ужасная история? Совсем уж ужасная она оттого, что невозможно вообразить, кто такой человек по фамилии Марутян. Живет ли он в самом деле на свете или это вымысел, бред, наговор?
Ужасно то, что все это - правда. Марутян действительно существует на свете. И жизнь Марутяна - это один сплошной кошмар. Таинственные темные силы постоянно преследуют его. Они прячутся за шкафом, в мусорном ведре, под одеялом на супружеском ложе. Отправится Марутян по грибы - они обернутся грибами. Пойдет на двор посвистеть - они стискивают ему грудь. Подумает сыграть в нарды - они подмигивают ему бесстыжими глазами костяшек.
ЖУТКО, ЧТО МАРУТЯН при этом мэр столицы новой Армении. И чудовищно, что его время от времени похищают темные силы, перед которыми пресмыкаются даже пресмыкающиеся. Но горше всего то, что Марутяна каждый раз ищут. Ищут и находят. Не следует этого делать! Зачем? Случайно ставший мэром столицы посредственный артист обязан пропасть и больше никогда не возвращаться.
Кстати, в Древнем Риме правоспособность лиц, занятых сценической деятельностью, была ограниченна. Их свидетельства, например, не принимались в суде. Данная правовая традиция оказалась чрезвычайно устойчива, и вплоть до новейшего времени (где писаным законом, где неписаным обычаем) правоспособность деятелей сцены подвергалась существенным ограничениям. Явным или неявным образом законодатель исходил из того, что актер - не гражданин в определенном смысле слова.
Всякая правовая норма (тем более столь устойчивая в веках) является ответом - быть может, весьма далеким от духа справедливости и человеколюбия - на некую жизненную проблему. В случае с артистами суровый законодатель исходил из того, что человек, добывающий средства к существованию продажей своего "я" (перевоплощение - неотъемлемый элемент артистической деятельности), делает это "я" столь размытым и неопределенным, что носитель столь неопределенного "я" не может пользоваться полным объемом прав свободного гражданина.
Дух равенства снял с продающих свое тело и талант перевоплощения актеров юридическое клеймо изгоев, но, поскольку профессионального требования перевоплощения никто не отменял, проблемы, связанные с вхождением артистов в политику, остались. Главное противоречие тут в том, что политика, по классическому определению, есть искусство возможного, тогда как сценическая деятельность есть искусство иллюзии, то есть невозможного.
Так что пусть они обязательно пропадают и больше не возвращаются. Мы же наладим здесь жизнь справедливую, светлую, иную. Счастья вам, сограждане. Не пропадайте.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"