Противостояние между Анкарой и Вашингтоном является самым серьезным с момента вступления Турции в НАТО в 1952 году. Стороны балансируют на краю пропасти, возможность реального конфликта между ними вполне реальна. Эрдогану удается совмещать выстраивание своего политического имиджа с национальными интересами страны, на что, кстати, играет и его противостояние с США.
.
В Сирии затягивается еще один крутой многослойный геополитический узел. Причем главными участниками этой игры выступают Анкара и Вашингтон, которые стали балансировать «на краю пропасти», а турецкие СМИ не исключают даже возможности открытого конфликта между двумя странами — членами НАТО.
Напомним, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган объявил о начале нового наступления в контролируемом курдами районе к востоку от Евфрата в северной части Сирии. По его словам, «мы уже вошли в Африн, Джераблус и Эль-Баб, и сейчас мы идем восточнее Евфрата». По некоторым данным, эта операция начнется после окончания мусульманского праздника жертвоприношения (Курбан-байрам), который завершится 14 августа. Это заявление было сделано после провала переговоров между США и Турцией о создании зоны безопасности к востоку от Евфрата. Турки поставили перед американцами вопрос ребром: от США требуют прекратить поддержку курдских отрядов в Сирии, в частности, курдской группировки YPG, которую Анкара считает союзником запрещенной в Турции Рабочей партии Курдистана (РПК). Более того, Турция видит в курдском анклаве вдоль своей южной границы прямую угрозу своей национальной безопасности и требует от Вашингтона соблюдать ее национальные интересы.
Что же касается США, то для них выполнение такого требования означает отказ от одного из базовых принципов их политики не только в Сирии, но и на всем Ближнем Востоке. Именно в этом главная особенность ситуации, когда, как считает турецкий аналитик Нихат Али Озкан, реальным становится риск боевых столкновений между Турцией и расположенными к востоку от Евфрата курдами, а также стоящими у них за спиной американцами. Вашингтон пытается убедить Анкару в следующем. Будто сирийские курдские военные отряды принимали и принимают активное участие в боях против «общего врага» ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), и они объективно являются союзниками Турции. А также в том, что именно американцы сдерживают своим присутствием реализацию сценария по потенциальному переводу нестабильности из Сирии на территорию Турции. Но Турция не воспринимает такие аргументы. Она считает, что США ставят своей задачей провести фрагментацию части территории Сирии и Турции.
Теперь новый министр обороны США Марк Эспер называет «неприемлемой» любую операцию Турции на севере Сирии. По его словам, американцы собираются «предотвратить односторонние вторжения, которые будут идти вразрез с взаимными интересами Соединенных Штатов, Турции и «Сирийских демократических сил» на севере Сирии». И как? Пока они, как сообщают турецкие издания, перебрасывают через границу с Ираком крупные партии оружия формированиям «Сил демократической Сирии», костяк которых составляют курдские бойцы. В Анкаре это воспринимается как ответ на приготовления турецкой армии к военной операции на востоке Евфрата. Одновременно в Конгрессе США требуют обязать Трампа ввести санкции в отношении Турции за покупку российских зенитных ракетных систем С-400, хотя конкретные сроки введения санкций против Анкары пока не обозначены.
Остается еще и политико-дипломатический ресурс. Сейчас Государственный департамент США раздумывает над тем, как «успокоить» Турцию. В конце июня Трамп заявил, что после телефонного разговора с Эрдоганом был предотвращен «уничтожающий» удар турецких сил по курдам в Сирии. Удастся ли американскому президенту осуществить такой ход сейчас, когда, как пишет Bloomberg, «противостояние между Анкарой и Вашингтоном, вероятно, является самым серьезным с момента вступления Турции в НАТО в 1952 году» и «стороны балансируют на краю пропасти, когда возможность реального конфликта между ними вполне реальна»? Правда, согласно публичным заявлениям официальных лиц двух стран, турецкие и американские политики и военные непрерывно общаются. Но признаки договоренностей пока не просматриваются.
Отметим и то, что у Эрдогана есть тыл в виде астанинского альянса, то есть России и Ирана, что дает ему серьезные козыри в сложном торге с Вашингтоном. Минусом же является то, что Анкара до сих пор не наладила диалог с Дамаском, хотя объективно на многих направлениях их интересы совпадают. Но пока президент Турции вынуждает Трампа, как пишет турецкая газета Yeni Safak, «все поставить на карту», угрожая ему «горячим конфликтом», перспективой развала «всей стратегии США в регионе». Это может заставить Трампа вывести войска из Сирии. Так что ставки сделаны серьезные. В ответ Эрдогану стали угрожать «майданом», обозначая разные комбинации по его устранению от власти через раскачивание политической ситуации в стране. Смысл таков: уговорить его перенести операцию восточнее Евфрата, выиграть время для координации сил политической оппозиции.
Утверждается, что Анкара стремится «развязать локальную войну» с целью решить прежде всего внутриполитические проблемы. Не случайно именно сейчас западное издание Middle East Eye осуществило информационный вброс, согласно которому «Саудовская Аравия приступила к реализации стратегического плана по борьбе с турецким правительством». Этот план называется ответом на «дело Хашогги». К чему-то готовится и сам Эрдоган, объявляя о начале «второй волны реструктуризации вооруженных сил Турции». Кстати, при президенте будет создана специальная военная часть, в состав которой войдут те, кто не проходил военную службу. Эрдогану удается также совмещать выстраивание своего политического имиджа с национальными интересами страны, на что, кстати, играет его противостояние с США.
Похоже, что Трамп попросту недооценил политический потенциал своего турецкого коллеги, видимо, полагая, что его пыл «быстро угаснет под давлением внешних и внутренних факторов». Но эти ожидания Белого дома не оправдываются. Впереди важные решения и важные события, хотя в реальное военное столкновение Турции с США пока не верится. Так что не исключено, что Трамп рассмотрит и такой вариант, как вывод американских войск из Сирии.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM