Как-то, гуляя по Еревану, премьер заметил, что калитка на островок Лебединого озера закрыта. Пашинян тотчас позвонил мэру и спросил: "Почему так?" Марутян ответил, что причин не знает, но распорядился немедленно калитку открыть.
Было исполнено в два счета. Можно сказать, молниеносная реакция на замечание со стороны. Однако для того, чтобы быть мэром, этого недостаточно.
КАК БЫ ТАМ НИ БЫЛО, но, по мнению многих горожан, у Марутяна больше оснований мэром не быть, чем быть. Рано или поздно (почему-то кажется, что рано) он уйдет. И сразу два вопроса: что с Марутяном станется и куда Марутян уйдет?
Возвращение в прежнюю профессию возможно, но публике смешно уже не будет. Если завтра, переодевшись, как бывало, в женское платье, комик станет показывать публике прежнее, зритель будет видеть не потешного артиста в своем деле, а провалившегося градоначальника в чужой роли.
Так профессия мстит тем, кто ее предает. Был хорошим артистом - оставайся им, срывай аплодисменты, неси домой букеты, раздавай автографы, а не расписывайся на документах с гербовой печатью.
Зачем было славному всеармянскому любимцу переделываться в градоначальники, понять можно - порулить хочется многим, правда, не всякий рискнет сесть за руль могучего КАМАЗА, чтобы без представления о Правилах дорожного движения в голове и водительского удостоверения в кармане ударить автопробегом по бездорожью. Марутян сел.
Слишком дорогой ценой оплачено желание стать первым парнем в столице, не умея ни рулить, ни править, ни тем более исправлять ошибки, за которые метелили бывшего мэра и его команду.
Заметный отрезок пути тем не менее пройден - встречают не то чтобы с оркестром и жареным поросенком, даже пирожков с компотом не выставляют.
- Получается так, что отныне и неизвестно сколько еще главное занятие ереванской мэрии - бодаться с греческим "Санитеком". Пока стороны выясняют отношения, побеждает мусор, - говорят ереванцы.
Тем временем всем известная девушка возлагает мусор к парадному подъезду мэрии и требует встречи с Марутяном. Мэр от встречи отказывается, встречает и провожает девушку полиция. А зря. Если бы принял, признал или не признал свои промахи, но во всех случаях обсудил бы тревожащее ереванцев положение, призывов к мэру уйти, возможно, и поубавилось бы.
С ДРУГОЙ СТОРОНЫ. Вот депутат Национального Собрания от правящей партии "Мой шаг" Эдгар Аракелян. Решил сложить мандат. Почему? "Не имею некоторых важных качеств, необходимых для политической деятельности", - объяснил Аракелян. Честно, доходчиво, по-мужски.
Вот известный российский режиссер Владимир Бортко заявляет о решении сняться с губернаторских выборов в Санкт-Петербурге. Объяснение: "Я пришел играть в футбол, а мне говорят: нет, надо играть в "подкидного дурака". Я не хочу быть этим дураком".
Вот подал в отставку премьер-министр Грузии Мамука Бахтадзе. Заявил: "Стратегические рамки развития созданы, внедрены. И, соответственно, я принял решение об уходе с должности, так как считаю, что свою миссию на этом этапе выполнил".
Выполнивший уходит. Не выполнивший остается? Не понимает, что предъявлять любовь к городу мало, объяснения утомили уже всех, давно пора дело делать.
…Можно по-разному относиться к решению премьера назначить своим советником жителя села Калаван Роберта Гукасяна, но нельзя не согласиться, что, говоря словами Бахтадзе, свою миссию на том этапе Гукасян выполнил. В общине, откуда он явился миру, уже действуют десять гостевых домов, и около двух тысяч туристов в год посещают село Калаван. Теперь миссия новоиспеченного советника будет заключаться в том, чтобы распространять это дело в других селах Армении. И кто рискнет сказать, что опыта подобной работы у Гукасяна нет?
Чем рискуют неопытные после вынужденной отставки? В случае с Айком Марутяном - репутацией. В прикарманивании чужого сегодня его не упрекают, но, стоит мэру уйти и, предположим, заняться бизнесом, возможно, станут спрашивать: откуда дровишки?
Что делают с отставными, но опытными начальниками во многих странах? Зачисляют в резерв, ждут, пока появится работа по плечу и уму, после чего переводят на новую должность.
С актерами на государевой службе все не так. Вернувшись на сцену, можно срывать уже не аплодисменты, а нарваться на обидное "не верю!"
Сергей Баблумян, "Голос Армении"