Если Роберт Кочарян не будет освобожден завтра, учитывая решение Конституционного суда и ряд других обстоятельств, то это:
а. С правовой точки зрения, с точки зрения правосудия означает, что репрессивная машина страны запущена, и уже невозможно и бесполезно обсуждать, кто будет следующим, последующим. Это будет неуправляемая череда. Репрессивная машина государства запускается по желанию одного или двух, но останавливается за счет страданий и несчастных судеб многочисленного количества людей. Причем, в числе этих людей, очень плавно и неожиданно для них могут оказаться те, кто принадлежат или поддерживают сегодняшнюю провластную команду.
б. С точки зрения общественной атмосферы. На переднем плане будут менеджеры внутренней вражды, список людей, давно не способных делать что-то позитивное. Снова лагеря, снова ненависть, снова внутренний раскол – все это обязательно будет. И это, к сожалению, продлится долго, поскольку авторы черно-белой темы не представляли всей опасности и безостановочной цепочки того, что она принесет. До них другие круги многие годы взращивали нынешнюю атмосферу.
г. Не будет никаких существенных изменений с точки зрения политических событий. Марш формирования солидной власти в стране уже начался. Государству нужна такая сила, как воздух и вода, и она, безусловно, сформируется посредством солидных личностей и кругов, находящихся внутри и вне власти.
Если завтра Р. Кочарян будет освобожден, тогда:
а. С правовой точки зрения, с точки зрения правосудия это будет означать, что репрессивная машина пока полностью не запущена, и сильное желание некоторых все еще сдерживается сопротивлением различных институтов и отдельных лиц. Это, в свою очередь, означает, что усилия адвокатов, правозащитников, независимых депутатов, общественных деятелей и представителей гражданского общества следует объединить и удвоить, чтобы не допустить запуска репрессивной машины. В этих условиях потребуется приложить немало усилий, чтобы удержать страну в правовом поле и не допустить возбуждения уголовных дел и вердиктов по желанию одного человека. И объединение усилий всех вокруг этого вопроса не имеет ничего общего с политическими взглядами и предпочтениями. Это совершенно другой вопрос.
б. С точки зрения общественной атмосферы. Нет необходимости предпринимать какие-либо шаги, которые углубят внутреннее напряжение. Нужно сделать все, чтобы услышать и понять человека напротив. Ошибки, в том числе грубые, не были односторонними. Накопившиеся за годы недовольства, которые привели к нынешней ситуации, в основном были справедливыми. Задача должна заключаться в том, чтобы найти способ внутреннего примирения, что является единственным вариантом избежать общей трагедии и двигаться вперед.
г. С политической точки зрения: Предыдущая версия заключается в том, что не будет никаких существенных изменений. Процесс формирования солидной власти в ближайшее время не имеет альтернативы.
И одно наблюдение:
Нам, на самом деле, кажется или 41-летняя судья Анна Данибекян может дать ответы относительно «1 марта»? Зачем мы прячемся за спиной женщины, даже если она судья?
Чисто по-человечески она находится под неописуемым давлением. Мы упорно отказываемся открыто говорить о «1-го марта», мы упорно опасаемся услышать горькую правду, слушать и говорить то, что мы знаем.
Если задача состоит в том, чтобы посадить сегодня в тюрьму несколько человек, то завтра после смены власти новый прокурор и новый начальник ССС сделают совершенно обратное: новости нового Общественного телевидения будут показывать совершенно других людей и комментарии, а на скамье подсудимых окажутся совершенно новые (или другие) люди.
Этого мы хотим, это наше видение того, как двигаться вперед? Страна не выдержит. Чтобы избежать этого сценария завтра, исключить его следует сегодня – со стороны этих властей. По крайней мере, следуя инстинкту самосохранения.
Ваге Ованнисян, «Группа альтернативных проектов»
https://www.tert.am/