«Сидеть! Бояться!» — так выглядит главный посыл Пашиняна обществу. Брат его жены, Грачья Акопян, который по причине кровного родства стал депутатом, недавно повеселил общественность поистине сногсшибательным заявлением.
.
Беспрецедентно «жалкий парламент»
КОГДА Г.АКОПЯНА СПРОСИЛИ, почему блогера Нарека Мутафяна и оператора Саркиса Оганджаняна арестовали за вопрос судье Анне Данибекян, а тех, кто стащил с подоконника и повалил на землю судью Давида Балаяна, не наказали, то Акопян ответил: «Потому что блокирование судов было политической акцией, о которой премьер-министр объявил заранее». Здорово! Если Пашинян заранее объявит, что завтра следует не пускать на работу врачей «скорой помощи» и это политическая акция, то за насильственные действия в отношении врачей, которые попытаются выполнить клятву Гиппократа, никто не ответит. Потому что закон — это Никол, что и следует из заявления человека с мандатом!
Ранее политизированную публику потрясло заявление другого депутата от фракции «Мой шаг» о том, что требования легитимного большинства должны выполняться всеми беспрекословно. Речь шла о требовании отставки председателя КС Грайра Товмасяна. Господин с мандатом явно перепутал легитимность с посягательством на права человека. Легитимность не есть гарантия вседозволенности, к тому же легитимность — величина непостоянная, она связана с восприятием личностей или институтов обществом. Легитимность парламентского большинства имеет свой срок давности: с 9 декабря 2018 г. много воды утекло. На днях лидер ОНС Паруйр Айрикян заявил, что «таким жалким армянский парламент не был никогда».
Смешанное чувство стыда и неловкости, которое испытываешь, слушая выступления депутатов от большинства, разделяют видные представители общественности. О негласном приказе Никола депутатам фракции «Мой шаг» не давать интервью, чтобы не позориться, мы своих читателей уже информировали. Подавляющее большинство из 88 депутатоединиц не только не владеет навыками законотворчества, но и не знает простейших азов депутатской работы.
ЗАТО ГОСПОДА САМОЗВАНЦЫ, пришедшие с улиц в депутатские кресла, на полном серьезе считают себя вершителями судеб народных, против них действительно нет игры: против невежества, наглости и самовлюбленности всякие доводы бессильны. Им искренне кажется, что, раз они не любят Грайра Товмасяна, он должен послушно покинуть свое рабочее место. Они апеллируют понятиями «любим» — «не любим», «хороший» — «нехороший». При этом господа даже не осознают степень собственной ущербности…
Политический террор — явление массовое
Аресты по политическим мотивам постепенно становятся нормой жизни. Правоведы предупреждают: не за горами то время, когда репрессии постучатся в каждую дверь. Арест Мутафяна и Оганджаняна — акция устрашения для СМИ и сторонников второго президента.
ПОЛИЦИЯ действовала в духе НКВД. Несколько десятков человек ворвались в квартиру Мутафяна, пытались надеть на него наручники, но он сам пошел и сел в полицейскую машину, а позже его сестра увидела видеозапись полиции, на которой Нарека со скрученными руками заводят в отделение. Эти унизительные кадры — продолжение николовских шоу для запугивания политических оппонентов. Арестованные блогер и оператор, повторюсь, являются сторонниками второго президента.
Политический террор во все времена имел свои законы. Власть АОД для устрашения населения применила одну из его разновидностей: энерготеррор. О том, что веерные отключения не имели отношения к военным действиям в Арцахе и не были следствием войны, в 1999 г. объявил с трибуны парламента Вазген Саркисян. Еще раньше стало известно, что в те годы вырабатывалось достаточное количество электроэнергии, чтобы снабжать население. За преступление, имя которому энерготеррор, никто не ответил.
Никол пошел дальше Левона и пришел к политическому террору под вывеской борьбы с коррупцией и восстановления справедливости. В итоге имеем преследования и аресты по политическим мотивам и ни одного (!) судебного приговора по факту коррупции.
Оппозиционные Николу политики предупреждали: после захвата исполнительной и законодательной власти настанет черед власти судебной и СМИ. Антиконституционный поход Никола на Конституционный суд уже вступил в решающую фазу, а арест блогера и оператора — самое громкое свидетельство того, что власть перешла к репрессиям по отношению к представителям СМИ. В годы сталинских репрессий было известное «дело врачей». У нас уже есть «дело судей» Александра Азаряна, Давида Григоряна и Грайра Товмасяна, «дело журналистов» Мутафяна и Оганджаняна, завтра будет «дело учителей» и «дело строителей»…
Террор — явление массовое, его жертвы исчисляются тысячами и десятками тысяч. Жить в СССР 30-х гг. и не иметь лагерного опыта было непросто, сталинский террор ворвался чуть ли не в каждую семью, сегодня мы на пороге тотальных репрессий, и Никол не остановится, если мы его не остановим.
«Правозащитники»
Где, в какой нормальной стране главы 2 силовых ведомств одновременно уходят с постов, а «народный» премьер не считает нужным объяснить народу причины этих отставок?
ПО ЕГО УКАЗУ тиражируются сведения, дескать, Артур Ванецян и Валерий Осипян ушли не сами, а по воле премьера, который был недоволен их работой, но при этом великодушно дал им возможность написать заявления о добровольном уходе с должности. Судя по заявлению Ванецяна, все было не так, и окружение премьера умышленно искажает действительность.
Где, в какой стране глава государства молчит в то время, как на больничной койке в состоянии комы находится подполковник Ара Мхитарян, которому проломил камнем голову помощник марзпета Котайка? Никол не нашел слов, чтобы отреагировать на инцидент. Отреагировали родственники и друзья Мхитаряна, после чего Трдат Саркисян пообещал покинуть пост марзпета. Если бы проломили голову кому-то из представителей ЛГБТ-сообщества, то, будьте уверены, господа читатели, премьер отреагировал бы мгновенно! Каждому — свое.
Мы помним, как при прежней власти все общество поднялось на ноги в знак протеста против избиения военврача Ваге Аветяна, который затем скончался в больнице. Владелец ресторанного комплекса «Арснакар», во дворе которого произошел инцидент с избиением военврача и его друзей, Рубен Айрапетян под натиском общественности отказался от депутатского мандата. На инцидент с ранением подполковника Мхитаряна общественность отреагировала вяло. Правозащитники, которые во весь голос обвиняли власть в гибели Аветяна, сегодня молчат.
Напомню, виновным в избиении Мхитаряна является помощник марзпета Вайоц Дзора и его ближайший родственник — муж внучки брата отца Арутюн Григорян. Он арестован. Следствие изучает записи видеокамер, чтобы подтвердить или исключить причастность марзпета к инциденту. Судя по публикациям в СМИ, в объективность расследования мало кто верит. Скорее всего, власть попытается отмазать марзпета, который является другом премьер-министра. Трдат Саркисян и Никол дружат давно.
Власть сменилась, правозащитники остались прежними. Ответ на вопрос, почему некоторые из них никак не отреагировали на избиение подполковника Мхитаряна, один: они не правозащитники, а самозванцы, которые под вывеской правозащитных организаций на деньги Сороса боролись за смену власти. Сегодня они молчат потому, что добились своего, а еще потому, что Никол, повторюсь, по поводу избиения подполковника не сказал ни слова.
ПОКА ПОЛИТИЗИРОВАННАЯ публика и представители СМИ возмущались его молчанием, а также арестами блогера и оператора, премьер появился в прямом эфире на FВ, чтобы прочитать стихотворение Геворга Эмина по случаю 100-летия со дня рождения поэта.
В нормальной стране премьер счел бы подобное выступление неуместным, но самозванец на такие «мелочи», как умирающий подполковник и политическое преследование журналистов, не реагирует, у него другие приоритеты, он стихи читает, глядишь, завтра песенку споет и польку-бабочку спляшет…
И еще: как, спрошу вас, можно назвать секретаря Совбеза, который, отвечая на вопрос журналиста, говорит о том, что Армения де-факто находится в состоянии войны, и тем самым подписывается под позицией Азербайджана? Напомню, что руководство этой страны долгие годы именно тезисом о войне оправдывало нарушение запрета на применение оружия. Долгие годы Армения заявляла о том, что нет военной ситуации с Азербайджаном. Азербайджанцы, напротив, утверждали, что с 1994 г. находятся в состоянии войны с Арменией, оправдывая тем самым нарушение режима моратория.
Долгие годы Азербайджан пытался доказать цивилизованному сообществу, что речь идет не о замороженном конфликте, а о войне, чтобы оправдать обстрелы приграничных районов Армении и диверсии по всей длине линии соприкосновения на границе с Республикой Арцах. Теперь эту позицию повторил секретарь Совбеза Григорян. Как, повторюсь, можно назвать секретаря Совбеза, который повторяет позицию азербайджанского руководства в ущерб интересам Армении?
Нет-нет, господа читатели, то, что вы предлагаете, не пройдет редакторский кордон. На мой взгляд, уместнее назвать его другим, очень объемным по смыслу словом: самозванец.
Марина Мкртчян, «Голос Армении»
