Как-то даже уже не хочется осуждать нападение на редакцию клуба "Зеркало", высказывать солидарность редакции… Конечно, причина не в том, что не разделяю подобных мнений. Причина в другом. Сколько можно осуждать и выражать солидарность?
СЕГОДНЯ МЫ осуждаем усатого из парламента и выражаем солидарность с Арпине Ованнисян. Потом мы осуждаем депутатов парламента и выражаем солидарность с Грайром Товмасяном. Теперь мы будем осуждать клиентов Алика Арзуманяна (смотри телефонный разговор последнего с Николом Пашиняном 1 марта 2008 года), напавших на редакцию "Зеркало", и выражать солидарность с Анжелой Товмасян…
Понятно, что ничего тем клиентам не будет. Отделаются каким-нибудь легким штрафом в худшем для них случае. Либо просто спустят дело на тормозах. Как спустили дело о нападении группы других николовских хунвейбинов на Нарека Маляна. Кто сейчас об этом помнит? Или о сорванной хулиганами пресс-конференции Роберта Кочаряна, по поводу чего уже бывший начальник полиции говорил, что не находит в этом ничего предосудительного…
И что дальше? За полтора года Пашинян и его команда нагородили столько заслуживающего осуждения!.. Ну, будем осуждать и выражать солидарность еще 365 дней в году по различным поводам… И так ли уж виноваты по большому счету тот усатый из парламента, другие депутаты и эти последние четверо клиентов Алика Арзуманяна? Ведь это все последствия, и закономерные следствия нравов времен Никола Пашиняна…
Человек, 20 лет подвизавшийся в оппозиции, будучи натурально скандальным журналистом, накопив изрядный запас неудовлетворенности и жажды реванша, обладая большим опытом в тактике политической борьбы, поймав волну, пришел к власти и с тех пор последовательно расширяет эту свою власть, стремясь установить тотальный контроль над всеми государственными и общественными институтами. И ограничение в этом стремлении к тотальному контролю всего и вся, иначе говоря, к диктатуре, вовсе не закон, или мораль, или правила поведения, а только трезвая, чтобы не сказать - циничная оценка соотношения своих желаний со своими возможностями.
В ПЕРВЫЙ ПЕРИОД пришлось поработать в парламенте с республиканцами, он их терпел, потом устроил внеочередные выборы по ускоренному графику и выкинул их из парламента, устроив перед этим осаду законодательного органа - Национального Собрания - под предлогом, что последний намерен принять антиконституционный закон. Как известно, Конституционный суд признал этот закон вполне конституционным этой весной и никто против этого не возражал…
В первое время ему нужно было представительство в правительстве других политических сил, и он терпел представителей ППА и АРФД, потом выкинул вон. До этого года терпел представителя "Светлой Армении", но в конце концов и Зейналян ему надоел. Даже Артак Зейналян…
После того как в парламенте и правительстве остались все свои, наступила очередь судебной власти. Высший судебный совет сдался без боя при первом же шантаже, и премьер внедрил туда своих людей. Теперь очередь Конституционного суда. Потом наступит черед прессы. Процесс, как видим, уже идет. Потом выкинут Армена Саркисяна. Потом постараются поменять все руководство Арцаха. Ну, или в другой очередности. Это не так важно, важно, что таким образом будет установлена тотальная, никем и никак не ограниченная диктатура Никола Пашиняна.
Этот процесс идет, и будет идти и дальше к своему логическому и грустному для всех завершению, если те, кто считает себя серьезным политическим игроком и принимает на себя ответственность за будущее страны, будут и дальше ограничиваться осуждением, выражением солидарности и требованием справедливости от суда времен Никола Пашиняна.
Рубен Маргарян, "Голос Армении"