«Меня крайне беспокоят все эти странные, несуразные заявления по Карабаху», — заявил в эксклюзивном интервью «Голосу Армении» политолог, профессор МГИМО Андраник Мигранян.
.
— На днях в Ереване состоялось третье по счету заседание российско-армянского Лазаревского клуба. Первое прошло в декабре 2018-го, опять же в Ереване, второе — в марте нынешнего года, в Москве. Это уже традиция, о которой хотелось бы знать ваше мнение.
— Я впервые принимаю участие в работе Лазаревского клуба. Видимо, в декабре прошлого года сложилась такая обстановка, что даже Константин Затулин, с которым мы друзья уже на протяжении 35 лет, не рискнул меня пригласить на первое заседание. Потому что тогда меня объявили врагом армянского народа, во всяком случае куча идиотов в социальных сетях сильно для этого постаралась. Что касается создания такой площадки, как Лазаревский клуб, думаю, это весьма полезное начинание. Хотя бы потому, что люди приезжают в Армению, видят страну, чувствуют сложившуюся ситуацию, обмениваются мнениями по разным вопросам. Это всегда полезно.
— Какое развитие, по-вашему, претерпели армяно-российские отношения почти за два года, прошедшие после «бархатного переворота» в Армении и смены власти?
— Значительная часть этой власти когда-то выступала с антироссийских позиций, за выход Армении из ОДКБ, ЕАЭС и т.д. Сегодня премьер Пашинян заявляет, что Путин — замечательный, они с ним хорошие друзья, Россия — замечательная страна и вообще все замечательно. Понятно, что в России малость озадачены, и со стороны властных структур наблюдается некая позиция выжидания. Знаете, как в известном фильме, где говорилось: «Гюльчатай, личико открой». Чтобы понять, какое на самом деле лицо нынешней армянской власти, в чем ее истинная позиция: в том, что она говорила до своего прихода к власти, или в том, что она говорит сейчас? Все это требует уточнения, прояснения, и нужно время, чтобы разобраться. Не случайно сегодня в российских СМИ Армения практически отсутствует, равно как отсутствуют заявления со стороны властей. Потому что обсуждать Армению — значит затрагивать очень болезненные вопросы. А в России боятся, как бы это не навредило отношениям. Ибо пока не известно, на что способны люди, пришедшие к власти в Армении. Такой мне кажется логика российских властей на сегодняшний день. Это мое мнение как аналитика.
— А что вы скажете о жестких антироссийских заявлениях, перманентно озвучиваемых, например, «Сасна црер»? Ставшие сегодня политической силой, они довольно близко общаются с руководством страны, встречаются с премьером за закрытыми дверями…
— Заявления «Сасна црер», конечно, ни для кого не новость. При этом всем, кто кричит, что надо выходить из ОДКБ, ЕАЭС, надо делать так и этак, хотелось бы задать вопрос: ладно, а с кем остаться, с кем решать проблемы? Я поэтому сказал, что, когда Пашинян был маргинальным политиком и во власти не присутствовал, у него были такие же позиции — выйти из ОДКБ, ликвидировать Российскую военную базу и т.д. Став премьером, он почувствовал ответственность. Потому что это уже власть, а не безответственная болтовня какого-то маргинала или даже депутата. Это серьезное дело, и следует быть ответственным и не делать заявлений, которые могут завести страну в полный тупик. Играть с существованием государства категорически недопустимо, поэтому народ должен сохранять бдительность. Правда, народ сам оказался в неоднозначном положении, в значительной степени своими руками создав нынешнюю ситуацию. Хотя правда и то, что до этого его довели. Сколько людей оказалось в нищете, без работы, без понятия о том, что делать и как дальше жить… В итоге многие готовы были поверить в любое чудо. И вот пришел «спаситель-чудотворец», и они пошли за ним.
Конечно, значительная часть этих людей рано или поздно протрезвеет и, возможно, начнет демонстрировать более рациональный подход к реальности. После Второй мировой войны в мировой политической социологии доминировало мнение, что демократию надо защищать от народа, потому что Бенито Муссолини, Адольф Гитлер, а впоследствии многие другие деспоты и тираны приходили во власть благодаря народному волеизъявлению. Вот почему Черчилль в свое время говорил, что самый лучший аргумент против демократии — пятиминутный разговор с простым избирателем, этого достаточно, чтобы убедиться в том, что ему нельзя доверить никакое политическое решение.
— Что, на ваш взгляд, происходит во взаимоотношениях между Арменией и Арцахом и как вы оцениваете текущую ситуацию в переговорном процессе по урегулированию карабахского вопроса?
— Во-первых, меня очень тревожат попытки лишить Арцах политической субъектности. Во-вторых, я вижу очень много непрофессионализма и импровизации там, где их быть не может по определению. У нас есть выдающийся дипломат Эдик Налбандян, говорю это как человек, лично знакомый практически со всеми значимыми специалистами (в том числе и зарубежными) по международным отношениям. Все 10 лет внешней политики Налбандяна во главе с Сержем Саргсяном — это образец правильной дипломатии, когда Армения никогда не была вынуждена оправдываться в чем бы то ни было. Наоборот, всегда договоренности нарушались азербайджанской стороной и турецкой стороной, а не армянской. Сегодня же меня крайне беспокоят все эти странные, несуразные заявления по Карабаху…
— Вы имеете в виду заявления премьера Пашиняна о том, что решение должно быть приемлемо для народов Армении, Арцаха и Азербайджана?
— Да, конечно. Это какой-то детский лепет. Знаете, если режим Сержа Саргсяна можно было охарактеризовать как управляемая демократия, или мягкий авторитаризм, то нынешний режим — это просто one person show, режим личной власти одного человека. И, к сожалению, в определенных ситуациях даже некому указать действующему руководителю, что лучше сделать так-то или так-то. Или как минимум убедить в том, что есть профессионалы, с которыми руководителю страны надо советоваться, прежде чем озвучивать какие-то заявления, тем более столь ответственные. Глава государства не может делать заявления «от фонаря», даже если у него замечательные намерения — не надо быть гением от политики, чтобы это понимать. Увы, я не вижу профессиональной команды, которая направляла бы премьера.
— Сенат США единогласно признал Геноцид армян. Как прокомментируете новость?
— Я рад, но должен сказать, что в целом отношусь к этому очень и очень сдержанно. Приняли — и что дальше? Раньше, когда американцы не принимали подобной резолюции, они аргументировали тем, что это последнее оружие в деле устрашения Турции. Дескать, если мы это оружие тоже используем, Турцию устрашать будет уже нечем. Что теперь? Прибавилась еще одна страна, признавшая Геноцид. Да, это важно для того, чтобы какой-нибудь Эрдоган не говорил — давайте, мол, создадим комиссию историков. О каких историках может идти речь, когда уже все великие державы признали Геноцид армян: США, Россия, Германия, Франция и т.д.? Скоро, наверное, признает и Израиль.
Раньше они исходили из подхода, что Турция якобы светское государство. Так оно давно не светское и давно не дружественное по отношению к Израилю. Надо полагать, евреи тоже снимут с себя этот позор непризнания Геноцида армян. Многие честные евреи говорили и продолжают говорить: нам стыдно за наше государство, ведь мы пережили Холокост, все его признали, а мы сами не признаем факт Геноцида армян. В связи с темой не могу не вспомнить о замечательной женщине Саманте Пауэр, бывшей представительнице США в ООН. На одном из приемов я подошел к ней и сказал: «Саманта, вы знаете, что все армяне вас обожают, потому что вы всегда занимаете проармянскую позицию». На что она ответила: «Нет, Андраник, я занимаю позицию на стороне правды, а армянское дело — правое…»
Зара Геворкян, «Голос Армении»
