Президент Ирана Хасан Рухани в ходе телефонного разговора призвал своего турецкого коллегу Реджепа Тайипа Эрдогана выработать совместный ответ на убийство командующего силами специального назначения "Аль-Кудс" Корпуса стражей исламской революции Касема Сулеймани.
ПО ЕГО СЛОВАМ, "убийство Сулеймани было большой ошибкой, и мы должны совместно реагировать на неразумные шаги, молчание в ответ на действия агрессора сделает его смелее". Потому что "Сулеймани сыграл уникальную роль в борьбе с террористами в регионе, и вы (президент Турции - С.Т.) прекрасно понимаете, что он выполнял долг перед регионом и исламом". Рухани добавил: "Наше молчание против агрессивных действий может привести к большей дерзости в совершении агрессивных шагов". Анкара между тем не молчала. Но ее реакция на убийство иранского генерала оказалась не столь решительной, какой хотелось видеть Тегерану. МИД Турции заявил, что "мы глубоко обеспокоены ростом напряженности между США и Ираном в регионе". В свою очередь Эрдоган выразил мнение, что "нельзя оставлять без какого-либо ответа убийство какого-либо командира, который входил в высшие эшелоны власти какой-либо страны". Но как Турция будет действовать дальше? Ведь она единственное государство НАТО, граничащее с Ираном.
У Анкары есть серьезные проблемы с США, однако до разрыва союзнических отношений дело не доходило. Есть проблемы из-за сотрудничества с Россией в военно-технической сфере, курдов. Есть острая риторика Эрдогана, который часто выступает с громкими претензиями в адрес Вашингтона. Но критика администрации президента США Дональда Трампа не шокирует, ведь так иногда поступают Европейский союз, Израиль и Саудовская Аравия. Хотя Турция входит в альянс с Ираном и Россией на сирийском направлении, она стратегически осознанный выбор еще не сделала из-за расхождения векторов интересов. Правда, ранее Анкара заявляла о стремлении развивать отношения с Тегераном, доведя их до уровня альянса. В этом просматривались элементы геополитической технологии: стать посредником в выстраивании отношений между Западом и Ираном с учетом перспектив интеграции с ЕС и даже в нормализации отношений Ирана с Саудовской Аравией.
Сейчас ситуация принципиально изменилась. Турция утратила на Ближнем Востоке свой посреднический потенциал. Теперь Тегеран предлагает Анкаре вступить в антиамериканскую коалицию, что предполагает пересмотр каждой из сторон своей ближневосточной стратегии. По мнению австралийского издания The Conversation, на Ближнем Востоке наступает новый этап, который может характеризоваться отказом Турции и Ирана от возникшего нового соперничества по ходу развития так называемой "арабской весны". Турция исламизируется, отказываясь от политической светской идеологии и дрейфует в сторону новой идентичности, когда сунниты не против шиитов, а вместе друг с другом. В этом и заключается парадокс, лежащий в основе возможного альянса Анкары и Тегерана: их давнее геополитическое соперничество обуславливает не только периодические конфликты между ними, но дает возможности для сотрудничества, пусть тактического свойства. К тому у двух стран за плечами исторический опыт имперского прошлого.
"Имея в запасе такое преимущество, они могут быстро переходить от конфликта к сотрудничеству, - пишет издание. - Поскольку власти этих стран обеспокоены поведением жителей мятежных территорий, которые могут попытаться отделиться, все они заинтересованы в том, чтобы предотвратить формирование Курдистана. Они также заинтересованы в том, чтобы предотвратить смены режимов и распад соседних с ними государств - если только они сами не контролируют этот процесс. Они могут вести войну или ослаблять друг друга, поддерживая повстанческие движения, однако они вместе поднимаются на борьбу с сепаратизмом и нестабильностью, когда те начинают противоречить их интересам. Турция и Иран - это две крупнейшие неарабские державы региона. В этом плане у них есть идеологическое единство. Если их альянс станет полноценным, то его последствия на Ближнем Востоке могут оказаться непредсказуемыми". И первый ход сделан, причем, в Ираке. Парламент этой страны проголосовал за разрыв соглашения с коалицией по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и вывод иностранных войск.
Теперь Багдаду предстоит переформатировать отношения с США. Дальнейшие ходы могут быть связанными с реальным взаимодействием Тегерана и Анкары по курдскому вопросу, сближению позиций на "катарском треке", где Турция и Иран пока играют раздельно на противостоянии с Эр-Риядом и Абу-Даби. Тегеран может потребовать от Анкары закрытия для американцев своего воздушного пространства с запретом пролетов не только боевой, но и транспортной авиации. По мнению некоторых экспертов, сигналом может стать поддержка Ираном действий Турции в Ливии. История Ближнего Востока последнего десятилетия знает примеры немыслимых ситуативных коалиций. Интрига в том, как поведет себя Турция, интересы которой стали уже простираться дальше этого региона. Пока ясно только то, что Вашингтону предстоит столкнуться с последствиями устранения иранского генерала Сулеймани, и никто не знает, за какой шанс он будет хвататься, чтобы остановить расцвет антиамериканизма.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM