В годы советской власти ходила шутка: «Они делают вид, что нам платят, а мы делаем вид, что работаем». Применительно к представителям властей «новой Армении» её можно перефразировать так: «Они делают вид, что занимаются политикой, а мы делаем вид, что это комментируем и анализируем».
.
Впрочем, выражение «делать вид» всё же не совсем точно отражает реальность. В некоторых странах, где населению меньше повезло с властью, это, может, и действительно так. А вот мне, признаюсь, умственный стриптиз представителей власти доставляет искреннее удовольствие. Беру интервью любого из них, читаю одно предложение наугад и плачу. Понимаю, что никогда так не смогу. Как говорил Остап Бендер: «Хорошо излагает, собака. Учитесь, Киса».
ДЕПУТАТУ «МОЕГО ШАГА» ГРАЧЬЯ АКОПЯНУ, например, я обязан несколькими приятными минутами своей жизни, проведёнными за чтением его интервью. Здесь излагаются взгляды, безусловно противоречащие логике; в то же время и речи нет о чистом безумии. Интервью находится на полпути между тем и другим, в той промежуточной зоне, где нет ни дня, ни ночи, а разум даёт поблажку фантазии, однако же не настолько, чтобы впасть в бессмыслицу. Шурин Пашиняна, в частности, заявил: «Мы друг под друга не роем, у нас самая дружная команда и фракция, нет ни группировок, ни кланов. Почему премьер должен распустить парламент, если для этого нет причин? И внеочередных выборов не будет, будут очередные выборы, и снова мы составим большинство». И что к этому прикажете добавить, кроме тяжёлого вздоха?
Первая часть ответа депутата, думаем, ставит проблемы не столько даже политического, сколько лингвистического характера: если фракция «Мой шаг» называется «самой дружной командой», то чему должно соответствовать выражение «пауки в банке»? Ведь ни для кого не является секретом, что обсуждение любого важного вопроса, будь то проблема Амулсара, Стамбульская конвенция и т.д., сразу приводит к образованию глубоких трещин в «Моём шаге». А фракция во фракции в лице соросовского крыла? А упорные слухи о том, что два десятка депутатов собирается покинуть фракцию? А тот факт, что Пашинян в последнее время постоянно проводит закрытые встречи с членами фракции, в ходе которых запугивает последних, угрожает и ведёт «воспитательную работу»?
Что же касается того, что у Пашиняна нет причин распускать парламент, то это не так однозначно, как кажется депутату Акопяну. Если фракция «Мой шаг» выйдет из-под контроля премьера, а всё идёт к этому, роспуск НС – всего лишь вопрос времени. Пусть простят меня стилисты, но власть не отдаст власть партии власти. В том числе потому, что доверять никому нельзя. И никто на данный момент не может с уверенностью предсказать, какая политическая сила составит в новом парламенте большинство. Отчего и исходящие от родственников Пашиняна неистовые крики «Халва! Халва!» кажутся преждевременными и отражают скорее природную пылкость их авторов, нежели реальное положение дел.
ОДНАКО ОСТАВИМ В ПОКОЕ депутата Акопяна, снова заглянем в «Мой шаг», нет ли тут ещё чего-нибудь занимательного? Да полно! Взять хотя бы Овика Агазаряна, которого давно слышно не было. Я уж было забеспокоился: как он там? Здоров ли? Проблемы какие, может? Но беспокоился я напрасно: герой наш по-прежнему в великолепной форме, фантанирует идеями и вообще. Во всяком случае на решение премьера создать комиссию по конституционной реформе Агазарян среагировал совершенно адекватно. То есть адекватно своему развитию. Выдал такие объёмы интеллекта, что все вздрогнули: «Я предлагаю закрыть Конституционный суд, как и Апелляционный суд, создав вместо них Высший суд. А вместо Высшего судейского совета создать Судебную палату. Я буду бороться, чтобы депутаты отказались от своей неприкосновенности, а полиция и СНБ стали министерствами».
Как видим, тут вообще со всех сторон сплошное пиршество ума и принципиальности, но главное в предложениях Овика Агазаряна, думаем, всё же закрытие Конституционного суда. Оговорилась жертва Фрейда. Язык, предатель, выбалтывает содержание черепной коробки. Наверное, не случайно многие полагают, что конституционные реформы предпринимаются властями в основном с целью избавления от КС. Заметим, что маниакальные душевные состояния для здоровья недостаточно полезны. Характерным же признаком таких состояний является неумолимое съезжание с любого произвольно взятого предмета на излюбленную тему. У кого – на евреев, у кого на страстные сексуальные помыслы, у кого – на Конституционный суд. При особо острых маниакальных состояниях к больному принято вызывать санитаров.
НЕ ЗНАЮ, ДОШЕЛ ЛИ Агазарян до такого состояния, но следующего его интервью или публичного выступления я буду ждать, как давно уже ничего не ждал. А чтобы хоть как-то скрасить ожидание, обратимся к совершенно изумительному толкованию сути «суперпремьерства» руководителем фракции «Мой шаг» Лилит Макунц. Правда, через некоторое время она (по-видимому, после тяжёлого разговора с шефами) отредактировала в Фейсбуке собственные слова, но нас, естественно, больше интересует первый вариант, который выглядит следующим образом: «Говоря о суперпремьерской системе, премьер имел в виду сформированные в результате сфальсифицированных выборов местные органы управления. У нас сегодня нет ничего подобного».
Да… Страна лежит в полуобмороке от счастья. Последним человеком столь широкого интеллектуального охвата был Платон. Потом много веков никого не было, и вот явилась эта Макунц. Перечитайте её бессмертную формулировку, а лучше несколько раз, пока все желваки не одеревенеют от гордости за то, что наконец-то поняли суть суперпремьерства.
И знаете, какой вопрос меня очень интересует в последнее время? Что произойдёт со всеми нами, если не уляжется хаос во властных мозгах? У истории свои сроки, и разложение общества может занять ещё некоторое время. Но сильно пахнет уже сейчас.
Гагик Мкртчян, «Голос Армении»
